Алхимия иллюзий полностью

Результат превзошел все ожидания, и гример, собирая вещи, довольно произнес:

— Мой шедевр! Ну, если вам еще понадобится кого-то в зомби за пять тысяч баксов превратить, то всегда пожалуйста. Может, вас?

Вика сухо отказалась и еле дождалась, пока Виталик, уже в виде жертвы убийства, с торчащими из «глаза» ножницами, готовил своему гостю кофе «на посошок», мило чирикая о каких-то глупостях.

Едва самолично не вытолкав гримера вместе с его алюминиевыми кофрами из лофта, Вика повернулась к Виталику и поцеловала его.

— Эй, осторожнее! — возмутился Виталик. — Еще мне образ испортишь! Ну, сколько у нас времени?

Оставалось четыре часа и тридцать одна минута. Около получаса они потратили, споря о том, где лучше разместить «труп». Наконец Виталик добился своего и улегся в мраморную ванну, которую Вика обильно полила «кровью» из бутылки, оставленной гримером в качестве дополнительного бонуса.

Впрочем, как заметил Виталик, за пять тысяч баксов мог бы оставить и две.

Наконец оформление мизансцены «кровавого убийства» было завершено. Виталик, приняв картинную позу со дна ванны, вздохнул:

— Черт, краска в мрамор впитается, не счистишь. Придется новую покупать…

— Я тебе куплю! — заявила Вика и потребовала: — Не надо тут картин периода классицизма, где всякие Мараты умирали в ваннах, как будто позируя художникам. Так, правую руку вон туда… Да, так, чтобы был виден этот глубокий, до кости, «порез». А ногу сюда… Давай, прямо на край…

— Старость не радость, — кряхтел Виталик, выполняя повеления Вики. — Детка, тебе только в режиссуру идти, все актеры от тебя взвыли бы! — и, показав ей язык, добавил: — Ладно, извини, детка, все в порядке! Ну, так устроит?

Швырнув на труп рулон туалетной бумаги, якобы задетый в пылу драки, Вика сделала при помощи мобильного ряд снимков.

— Ты уж не перестарайся, детка! Лучшее — враг хорошего. Мы все же не сериал снимаем, а место преступления фотографируем. Немного вкривь, чуть-чуть вкось…

Вика удалила первые снимки и, последовав совету Виталика, сделала новые, именно что не идеальные.

И убедилась, что для отправки «Джеку-потрошителю» они были как раз самое то.

Виталик, придирчиво изучив снимки, вздохнул:

— Ну и рожа у меня! Кстати, что это за ужасная складка у меня на шее? Непорядок!

Вика, задержав дыхание, отправила три наиболее колоритных снимка «Джеку-потрошителю» и, убедившись, что они дошли, отложила мобильный.

— Вот с этого все и начинается! Твоя старуха-певица тоже сначала решила убрать морщину на шее, а потом пошло-поехало. Ты ведь на таких деньги зарабатываешь!

— Мне холодно, — пожаловался, вылезая из ванны, Виталик. — Думаешь, я могу смыть мейкап? Что-то лицо ужасно чесаться начало…

Вика, услышав мелодичный бряк, взяла мобильный. Пришло сообщение от «Джека-потрошителя».

— А что, если они захотят приехать и меня, так сказать, осмотреть? — произнес в беспокойстве Виталик. — Я могу попытаться изобразить из себя труп, но не обещаю, что это удастся. А, знаю! Я приму какой-нибудь сильный снотворный препарат, чтобы лежать недвижимо и не реагировать на всякого рода проверки типа щипков и ударов. А если они решат сделать контрольный выстрел в голову?

— Не забывай, у тебя там ножницы торчат, — заявила Вика, отсылая «Джеку-потрошителю» короткое «ОК». — Мне пришел ответ, что все в порядке и что они минут через тридцать заберут меня у подъезда твоего дома.

Выскакивая из ванны, Виталик заявил:

— Отлично! Значит, мы сможем не только кофе выпить, но и перекусить. А то я ужасно голоден…

Но Вика отказалась от очередной порции кофеина и некоторое время сосредоточенно смотрела на два мобильных Виталика, сиротливо лежавших на барной стойке, наконец приняла решение, поцеловала своего нареченного братца и покинула его жилище.

Спустившись вниз, к шлагбауму, она несколько минут ждала и тревожно размышляла.

А что, если они потребуют предъявить «труп», так сказать, лицом? А что, если они захотят помочь ей избавиться от «трупа». А что, если…

Вика заметила знакомый ей черный лимузин, плавно подкатывавший к шлагбауму, и быстрым шагом подошла к нему. Шофер, весь в черном и в черных же очках, вышел навстречу и приказал:

— Отдайте ваш мобильный!

Вика беспрекословно подчинилась, а шофер, нагнувшись (он был еще и в черных перчатках!), ловким движением отстегнул ей браслет со щиколотки. А затем распахнул перед Викой дверцу салона.

— Вас ждут! — произнес он, и, только усевшись в автомобиль, Вика поняла, что там она не одна.

На нее, мерцая арктически-ледяными глазами, смотрел Виктор Титов.

Автомобиль тронулся в путь, и Вика, сунув руки в карманы и напрягаясь, спросила:

— Куда мы едем?

Титов, усмехнувшись, заметил:

— Косачева, такие вопросы надо вообще-то задавать до того, как садишься в неизвестное транспортное средство, а не потом. Потому как не исключено, что тебе уже не суждено покинуть оное — во всяком случае, живой!

Глядя лишь вперед, на отделявшую их от шофера темную перегородку, Вика спросила:

— Мне готовиться к тому, чтобы умереть?