— Она так дверь захлопнула… — прокомментировала я выпад Аннэсти, а затем обернулась. Сложилось впечатление, что захлопнулась дверь ловушки. — А я думала мы все вместе будем обсуждать моё поведение и вынужденное увольнение со всеми вытекающими. Нет? Почему под необходимостью сюда зайти скрывался другой предлог?
— Предлога не было.
Мне показалось что-то не так. Николас был… неприветлив. Эмоционально отстранённым. Словно я успела что-то сделать, о чём пока не знала. Я напряглась.
— А кажется, что был. Иначе я бы не осталась наедине с тобой в кабинете.
— Боишься?
Он стоял полубоком. В ослепительно белой рубашке, застегнутой на все пуговицы, с закатанными рукавами до локтей. Графитовый жилет сидел точно по фигуре — идеально настолько, насколько можно сшить что-то подобное для такого, как Николас, делая мага… Просто безупречным. И, конечно же, черные брюки со стрелками. Плечи Ника немного ссутулены, а наклон головы и брошенный через плечо взгляд говорили о лёгкой заинтересованности. Только… От него веяло холодом. Почти что неприязнью.
— Сейчас ты выглядишь ещё опаснее, чем до татуировок.
Он грустно и зло улыбнулся.
Я боялась. Я откровенно боялась повторения ситуации. Я одна. Наедине с Николасом. Который в прошлый раз чуть меня не покалечил. В голове прокручивалось это снова и снова. Я оборачивалась на закрытую дверь. Она в самом деле заперта или нет? Захотелось проверить, чтобы убедиться. Но…
Что, если станет хуже, если Ник поймёт, что я пытаюсь сбежать? И пусть разум твердил, что с татуировками это маловероятно, сердце забилось в груди.
— Ты была права, отец был не в восторге.
Он точно был не в восторге от печати, которую его сын наложил на свои силы. Сам рисунок вряд ли бы вызвал у Кайрила повышенный интерес.
Ник сложил руки за спиной, устремил взгляд вдаль — на город.
— Мне жаль, — это всё, что я могла сказать. Их отношения достаточно непростые. Наличие печати могло их осложнить.
— Он меня отчитал. Но сделать уже ничего не смог. А еще тем вечером его потянуло на откровения, и он много чего рассказал, — загадочно произнёс Рейнсейр.
Меня не постигло желание уточнить, чем таким важным Кайрил поделился с сыном. А зря. Это помогло бы избежать многих проблем в будущем. Но я молчала.
Ник не написал ни слова с момента, как мы расстались. Не рассказал о самочувствии, о боли, о тревоге или об отце. Нет. Просто пропал. Как обычно. А сейчас выдаёт это в ненавязчивой форме, завлекает в разговор, срок которому истёк из-за моего лопнувшего терпения.
Два дня. Рациональной частью себя я знала — с ним все хорошо. Уж с кем с кем, а с Николасом всегда всё будет хорошо! Его папочка бережёт как зеницу ока. По всей вероятности он отходил от сеанса. Уверена, слова татуировщика про сутки в агонии не были шуткой. И привыкать к новым ограничениям достаточно сложно. Его жизнь текла в привычном хаотичном русле.
Эти качели… Снова и снова.
Эти грабли. Снова и снова!
Последнее, что мне было нужно — переживать по поводу подвисшей встречи с Николасом, по поводу его самочувствия или проблем в семье. Поэтому я решила, что раз ему нечего мне сказать — если всё так легко перечеркнуть и сделать вид, что ничего не было — я не сделаю заботливого шага вперёд, как раньше. Дистанция в обмен на дистанцию. И… С меня достаточно! Поэтому я понадеялась сорвать этот пластырь сегодня, чтобы у него не осталось больше поводов со мной встречаться.
— Смотрю, вы переехали, — я намеренно сменила тему.
Я мерила шагами его новый кабинет. Этот был больше предыдущего раза в два. Не стеклянный “аквариум”! Три стены и шикарный вид на город с высоты птичьего полета. Два гостевых кресла грязно-голубого матового цвета напротив его массивного деревянного стола. И в дальнем углу высокий фикус в белом горшке. Всё.
— Пришлось. Арендодатель был не в восторге от разрухи.
Да, это он ещё мягко выражается о том, что случилось со стеклами офиса! Как он все это объяснял? Мол, в лаборатории случился маленький бум — вот стекла и повыбивало?
— Да, поздравляю, — с издёвкой потянула я, — ты дорос, чтобы вести дела в магическом бизнес-квартале!
Он дёрнул уголками губ в ответ.
— Сложно объяснить человеку, что произошло и почему офис выглядел
Да, с этим сложно не согласиться.
— Ещё раз, мои поздравления. Что дальше? Меня пригласили к тебе… Зачем? Поговорить?
Настроение Ника было иным, а обращения более деловыми. Точно что-то изменилось! Его холодная сдержанность… Это читалось между строк. Я взволновалась и… Зацепилась за это. Слишком подозрительно. Опять намёки на серьезный разговор. Опять контракт?
— Хочешь подзаработать?
Николас повернулся ко мне и облокотился на своё рабочее кресло.
Я была удивлена.
Подзаработать? Ну, допустим, в деньгах я нуждалась. И ещё меня брало любопытство. Пока от меня не требовалось никаких обязательств…
— Твоя компания не может найти мне замену? — спросила я, выгнув бровь.
О какой ещё работе могла идти речь? Тем более на Николаса.