Если не будешь лучшим – не берись. Так он всегда считал. И в алхимии ему равных нет. За свой талант Сейн заплатил сполна, и пусть он растерял все волшебство, зелья его меняют законы природы не хуже заклинаний. Но что если и этого недостаточно?Ему вечно недостаточно.Ведь всегда можно взять больше: стать еще сильнее, поквитаться с врагами, вырвать наконец у мира положенное. Только сначала придется спасти беглую королеву, отвезти ее сквозь все опасности к семье на далеком севере. Смешать в одном котле кровь и слезы, боль и любовь, стремления и страхи, прощение и месть. Пройти дорогой приключений, спасая и обрекая, не оборачиваясь на пожар, пожирающий за спиной города.И сварить важнейшее зелье в своей жизни.
– Эй, алхимик! Ты там еще не сдох? – Горбатый нос королевского советника сморщился от сочащейся между прутьями вони. – Дело к тебе. Государственной важности!
Свет факела разогнал тьму по углам тесной камеры.
– В последний раз из-за государственной важности я оказался здесь, – отозвалась скорченная фигура у стены.
– А уже утром окажешься на плахе, если не будешь отвечать на мои вопросы. Что ты знаешь о василисках, Сейн?
– Опасные твари, – сказал узник тихо. – Не слышал, чтобы их видели за пределами Безлюдных земель.
– А слышал, что взглядом в камень могут оборачивать?
– Да.
– А если печень их приготовить правильно и съесть, в штанах кой-чего тоже будет камнем стоять, тоже слышал?
Алхимик на миг задумался.
– Возможно. Только поискать глупца еще надо, который возьмется готовить печень василиска. Слишком ядовитая.
– Именно! Королевский повар испустил дух, едва начал ее разделывать. Теперь к этой дряни людей и под пытками не затащишь. Но ты же привык иметь дело со всякой поганью ядовитой, а? Алхимик? Вот она – благосклонность богов, не иначе. Сделаешь все правильно – и на рассвете пойдешь на все четыре стороны.
– А если откажусь, то к палачу?
– Верно мыслишь. – Глаза советника блеснули в свете факелов. – Стража! Отпереть решетку.
В маленькой жаровне потрескивали алые угли. Сейн протянул измученные холодом руки, с наслаждением почувствовал покалывающий кожу жар. Под низким потолком пахло свежей выпечкой, и рот алхимика наполнился слюной.
– На дворцовую кухню мы тебя, конечно, не пустим, но сюда принесут все необходимое. – Советник оперся на стол и ткнул массивным перстнем в сверток. – Вот печень. Нужно приготовить, пока не испортилась.
– Откуда она у вас?
– Привез торговец с юга. Подробности не твоего ума дело.
– Мне понадобится котелок. Не очень большой, но и не маленький. – Сейн обвел взглядом полки с посудой. – Толстые кожаные перчатки. Чистая вода. Много воды. Кувшин свежего молока. Соль, перец, лук, морковь, картошки отборной, плошка масла…
– Зачем такие сложности? Просто сделай так, чтобы ее можно было сожрать и не преставиться.
– Для лучшего эффекта печень важно съесть целиком. – Алхимик поворошил угли. – Но, даже правильно приготовленная, она имеет весьма… своеобразный вкус. Вы же не хотите, чтобы король блевал от первой ложки?
Советник настороженно подался вперед:
– С чего ты взял, что блюдо для короля?
– Предположил. Наш любимый монарх седьмой десяток сменил, а наследника все нет. Или я ошибся и печень для вашей милости?
Ноздри советника раздулись, отчего нос его еще больше стал походить на клюв хищной птицы.
– Много болтаешь.
– Говорю, готовить придется вкусно.
– Делай как знаешь. Еще что-нибудь?
– Моя сумка. – Алхимик посмотрел в огонь.
– Это тебе зачем?
– Мало просто не отравиться, важно избавиться от яда так, чтобы сохранить всю пользу. Для этого понадобятся редкие ингредиенты. Паучье масло, ведьмина трава, драконий корень, например. Есть такое на вашей кухне? Сомневаюсь.
Советник несколько мгновений не моргая изучал спокойное лицо Сейна.
– Будь по-твоему, – махнул он рукой и повернулся к прислуге. – Вы его слышали. Тащите все, и сумку тоже. Но прежде, зельевар, хочу познакомить тебя с сиром Грэмом.
Бритоголовый солдат, привалившись к стене за спиной советника, невозмутимо вычищал острием кинжала грязь из-под ногтей.
– Сир Грэм. Скажите, что вы сделаете, если наш алхимик вздумает чудить?
–
– Именно. – Советник подошел к алхимику вплотную. – Слышишь, Сейн? Яд василиска покажется тебе наименьшей из проблем. Не подведи меня.
– Как скажете, ваша милость. – Алхимик заставил себя улыбнуться.
– Но сначала тебя отведут умыться и переоденут. Все-таки будешь готовить для важного человека, а смердишь крысиным дерьмом.
– Печень василиска настолько опасна, что отравляет даже воздух. Стоит яду попасть на кожу, в нос или глаза – ты покойник. Верхнюю пленку важно удалить быстро и полностью, нигде не пропустить. Вот так. – Смоченная в паучьем масле повязка плотно прикрывала рот и нос алхимика. От резкого запаха кружилась голова. В глаза Сейн тоже закапал, и они невыносимо слезились, но иначе он был бы уже мертв. Острие ножа уткнулось в податливую, пускающую кровавые соки печень. – Эта часть самая ядовитая. Ее я выброшу. Остальное нарежу, чем тоньше, тем лучше, и промою водой. Потом печень полежит в молоке, это ослабит яд.
– Мне-то ты это какого лешего рассказываешь?
Грэм сидел в дальнем углу и ловко срезал кинжалом шкурку с яблока. Блестящие кругляши глаз при этом не отрываясь следили за узником.
– В моем каменном мешке и поболтать особо не с кем. Стража да крысы. И все неразговорчивые.
Алхимик залил печень молоком, пленка и ядовитые обрезки отправились в ведро. Туда же полетели испачканные перчатки и повязка с лица.
– Пока отмокает, можно подготовить овощи. Поможешь почистить картошку?
Взгляд солдата казался холоднее стали в его руках.
– Ладно-ладно. Я сам.
