Внезапно дверь открылась, нарушив самоистязание любящего папы. Он посмотрел в проход. Там стоял мужчина в коричневом жилете и длинных серых брюках. На его поясе было много сумок, как подумал Фидус, с лекарственными травами. Его волосы были коротки, а лицо имело острые формы. Человек выглядел крайне уставшим, будто изможденным.
— Мальчик здесь? — спросил алхимик, нарушив спокойствие и пуще прежнего встревожив Фидуса.
— Нет, мой господин, но клянусь, он придёт вовремя. — ответил он неестественно робким голосом.
— Хм… Хорошо, если так. По условиям Контракта у мальчика есть ещё сорок минут. Я пока подожду. — Алхимик прошёл в зал, а затем, окинув взглядом комнату, взял новый стул, переложил его к входу и сел.
Фидус, глядя на то, как новый стул, купленный для удобства сына, был изъят. Злостно сглотнул, но делать ничего не смел. Ему нельзя проявлять неуважение к человеку напротив, иначе его могут посадить или даже хуже, сделать бездушной марионеткой.
— Хотите чай? — спросил Фидус чтобы отвлечь себя, и по возможности задобрить алхимика.
— Нет, благодарю, у меня есть свой. Он сейчас у моих эльфов. Я не хочу пугать вас, или вашего сына, а потому дал приказ сторожить снаружи.
— Премного благодарен. — испуганно ответил Фидус.
Люди в большом мире, не особо понимают кто такие эльфы, но только не здесь, в Джизроусе. Здесь бояться их сильнее смерти, но не только потому, что они опасны. Нет! Просто эльфом может стать любой из жителей. Стоит лишь нарушить закон, как алхимики уничтожат твою душу, а тело навечно будет подчиняться твоему палачу. Безвольные, живые куклы, хуже нежити. Они сильнее, быстрее и выносливее обычных людей. А их верность господину самоубийственна. Нет ничего страшнее, чем стать человеком с пустыми глазами. И только они — глаза, могут выдать эльфа в толпе, и именно их взгляды пугают Джизроусцев больше смерти.
— Господин, это правильный рецепт, все ингредиенты подходят, я ничего не напутал? — нарушил молчание Фидус.
— Неважно, если ваш сын выучил все двенадцать рецептов экзамена, то что-нибудь у него выйдет. В конце концов, лечебные зелья весьма похожи, и если вы перепутали один ингредиент, то может получиться другое зелье.
— Но, вы тогда зачтёте, господин?
— Кто знает… — незаинтересованно ответил алхимик, тщательно разглядывая тыльную сторону свой ладони.
Фидус больше не стал задавать вопросов, дабы не раздражать экзаменатора. Время вновь остановилось. Осталось дождаться сына. Когда до конца отведённого времени оставалось пятнадцать минут, Фидус сделал невероятное. Он стал нервничать ещё сильнее. Но вскоре, найдя в своём сердце веру в сына, всё же смог успокоиться. Время снова зашагало в обычном темпе.
— Здравствуйте, господин, разрешите войти на экзамен? — раздался такой желанный для Фидуса голос.
— Можно. — всё также безэмоционально ответил алхимик. — А вас, гражданин, я порошу пока удалиться, чтобы не смущать мальчика. — обратился он к Фидусу.
— Конечно, не буду вас задерживать. Солум, удачи! У тебя всё получится! — последнюю фразу он произнёс увереннее всего, сказанного ранее. После чего поклонился, почти достав лбом земли, и медленно вышел, до последнего не сводя глаз с сына.
— Ну что же, Солум. У тебя пятнадцать минут на одно удачное зелье. Все ингредиенты перед тобой, ты сам должен понять, что это за рецепт. У тебя три попытки и если мне всё понравится, ты сдашь.
Солум кивнул, а затем подошёл к столу. Стоя, мальчик разглядывал лекарственные травы. Вот лежит ромашка, самый распространённый лекарственный цветок, после лежит алтей болотный, привезённый с далёкого Королевства Луфраит. Солум разглядывал следующее растение багульник, оно придаёт не только лекарственный эффект, но и создаёт приятный вкус. Последним растением была элементальная водная лилия. Эти цветы не только редки, но и являются живыми существами. Они поглощают элементы вокруг себя, и даже могут дать отпор вредителю. Напоследок лежал мел, пара колб, пестик, ступка и элементальный порошок. Именно он создаёт проблемы для будущих алхимиков. Потому как сложно пользоваться порошком, который создал другой человек. Вливая в него свою энергию, алхимики получают власть над порошком, позволяя управлять им так, как того хочет алхимик.
