Непоследовательность у алкоголиков часто достигает степени раздвоения личности. В этом случае в эмоционально-волевой сфере человека сосуществуют две противоборствующие силы, назовем их «наркоманическим Я» и «здравомыслящим Я». Борьба между ними может быть явной и осознаваемой, когда, например, «наркоманическое Я» настойчиво уговаривает: «Выпей!», а «здравомыслящее Я» одновременно останавливает: «Не пей!».
В яркой форме раздвоение личности проявилось у Джека Лондона. Его автобиографическая повесть «Джон-Ячменное зерно» полна противоречивых суждений о его взаимоотношениях с алкоголем. С одной стороны, он гневно осуждает пьянство и выступает за полный повсеместный запрет алкоголя, с другой стороны заявляет, что настоящий мужчина должен пить. По ходу повествования Лондон много раз подчеркивает, что благодаря железному организму ему удалось спастись от разрушительного действия Ячменного зерна (алкоголя), но в конце книги он уже относит себя к неизлечимым алкоголикам. А страницей раньше утверждает, что алкоголизм вообще не существует, есть лишь привычка. Он красочно описывает собственные попойки, в деталях рассказывает, как уже в пятнадцатилетнем возрасте упивался в стельку, однако делает вывод, что в целом пьет с умом и с осторожностью. Лондон пишет, что «всеми силами боролся против Ячменного зерна», но никаких фактов в подтверждение этого тезиса мы в книге не находим. Скорее наоборот, он приложил много сил, чтобы в конце концов спиться. Если верить Лондону, ему никогда не нравился вкус алкоголя и он, преодолевая отвращение, запихивал в себя спиртное исключительно ради компании, и лишь лет через 20 постоянных тренировок у него появилось влечение. Приведу выдержки из трех последних абзацев повести, отчетливо показывающих, насколько у Лондона «наркоманическое Я» доминирует над «здравомыслящим Я», которое в самом конце проявляется в виде слабого и горького голоса сожаления:
«…Поднимем бокалы! Магическая фраза! Лучшей, пожалуй, не найдешь во всем нашем языке. Привычка пить укоренилась в моем сознании и осталась на всю жизнь. Я люблю остроумную беседу, задушевный смех, громкие голоса мужчин, люблю, когда друзья, подняв бокалы, гонят прочь однообразие и скуку.
Итак, я решил.… Буду все-таки пить время от времени! Несмотря на все мои книги, несмотря на все философские мысли, нашедшие во мне особый отклик, я решил спокойно продолжать то, к чему привык. Буду пить, конечно, умереннее и осторожнее, чем раньше. Я уже не позволю себе превратиться в ходячий факел,…
…И все же скажу в заключение, что напрасно мои предки не уничтожили Ячменное зерно прежде, чем я родился на свет. Очень жаль, что он процветал там, где я провел детство и молодость, иначе я бы не познакомился и не сблизился бы с ним».
Всего через три года после опубликования повести Джека Лондона не стало. Железный организм не выдержал. Он прожил 40 лет. Лондон видел корень зла в доступности Ячменного зерна и пытался спасти человечество с помощью запрета алкоголя. Но начать с себя все же не захотел.
Противостояние светлых и темных сил при раздвоении личности бывает также скрытым и неосознаваемым. Скажем, кто-то бросил пить, но вместо радости освобождения от рабства испытывает чувство неполноценности, ощущает себя не в своей тарелке и не может понять, в чем дело. А дело в том, что его коварное подленькое «наркоманическое Я» пытается исподтишка взять реванш. Как похоронить это смертельно опасное «наркоманическое Я»? Об этом в нескольких словах не скажешь. Если дочитаете книгу до конца, то увидите, что вся она посвящена тому, как избавиться от раздвоения личности.
Пьющие люди, не задумываясь, плывут по течению, теряя год за годом. У многих организм уже давно просто физически не переносит спиртное, а они все по-прежнему пытаются запихнуть в себя еще и еще. Даже если наступает прозрение, переход от слов к делу затягивается на непозволительно долгое время. Люди, добивающиеся успехов в жизни, не могут себе позволить транжирить время.
