И тут у меня все поплыло перед глазами. На несколько секунд я просто выпала из реальности. Когда пришла в себя, в первую очередь увидела свои руки, вцепившиеся в кассовый аппарат. Видимо, в последний миг я чисто инстинктивно нашла опору и только потому не упала.
Проблема с оплатой все же была решена. Филипп достал свою кредитку – и она «прошла» без сучка и задоринки.
– Ну вот, выходит, за мой царский подарок тебе ты сам и заплатил, – немного огорчилась примадонна.
– Не расстраивайся, царица моя, – успокоил супругу Киркоров и, понизив голос, многозначительно добавил: – Ведь эти бокалы на двоих…»
О том, как и с кем она собирается встретить Новый год, Пугачева рассказала в те же дни газете «Собеседник». Привожу ее слова:
«Внуки уже написали письмо Деду Морозу. Старший, Никита, попросил оборудовать для него компьютерную студию. Он сейчас увлекается видеосъемкой и аудиозаписью: делает фильмы, пишет музыку. А Даня заказал большую машину, обязательно оранжевую. В новогоднюю ночь мы скорей всего по традиции соберемся всей семьей на даче, будем кататься на снегоходе. Я специально купила его для внуков, которые обожают приезжать ко мне на выходные и гонять на «чуде техники»…»
«Из ниоткуда» («Время течет сквозь пальцы»)
«Дай нам, Боже»
«Кафешка»
«Снег»
Песни из т/ф «За двумя зайцами»:
«Новогодняя»
«Приданое»
«Ссора»
«Хватит мечтать»
«Хочется»
«Отдыхай»
В новогоднюю ночь Пугачева блистала на двух главных федеральных телеканалах: на Первом и на «России». На последнем, как мы помним, она снималась в «Голубом огоньке» только в роли певицы. Зато на Первом она тамошний «Огонек» уже вела сама, а также была ведущей другой передачи – «Золотой граммофон» (на пару с Максимом Галкиным) и участницей «Бенефиса»… того же Максима Галкина (это там она пела матерные частушки). Кроме этого, на Первом был показан мюзикл «За двумя зайцами», где эта же «сладкая парочка» опять блистала в главных ролях. А на Рождество сразу по нескольким каналам были повторены «Рождественские встречи Аллы Пугачевой» разных лет производства.
Однако присутствием одной Пугачевой дело не ограничилось. Так, ее дочь Кристина Орбакайте засветилась в мюзикле «Снежная королева» (роль Герды) на «России», а муж Филипп Киркоров сыграл главную роль (граф Альмавива) в мюзикле «Безумный день, или Женитьба Фигаро», показанном на НТВ. Кроме этого, те же Орбакайте и Киркоров мелькали еще на нескольких телеканалах в качестве исполнителей как новых, так и не очень песен, создавая у телезрителей эффект «дежавю». Короче, куда ни кинь – везде пугачевский клин, а вернее, клан. Многих людей это сильно раздражало. Причем не столько само обилие людей из клана Пугачевой, сколько их творчество, которое практически ничем выдающимся не выделялось на фоне остального густопопсового гламура. Поэтому разгромных рецензий в те дни о них было опубликовано довольно много.
Например, первая рецензия на мюзикл «За двумя зайцами» появилась в «Московском комсомольце» (номер от 9 января). Подписанная именами А. Гаспаряна и И. Легостаева, она представляла собой следующий текст: «Пугачевой в мюзикле досталась роль дочки владельца супермаркета, которую за лишний вес и возраст уволили из «Фабрики звезд». Как же хороша была примадонна в этом образе! Как к лицу ей оказались кружева с блестками, безудержное хабальство и возгласы «Шо!». Станиславский завопил бы: «Верю!» Казалось, что и нет никакой игры, а есть настоящая Пугачева, о которой, правда, раньше почему-то было принято думать совсем иначе. Когда она пела «Не отрекаются, любя», или «Как тревожен этот путь», или «Беду», она была в глазах народа большой драматической актрисой и страдалицей, жертвенно променявшей личную жизнь на жизнь в песне. Сейчас картинка кардинально изменилась. Вместо заламывающей руки творческой натуры публике настырно предлагается образ самодовольной дамы, которая вылезает из лимузина то с Киркоровым, то с Галкиным, то вообще не пойми с кем забавляется в кабинке общественного туалета… Этот туалетно-лимузинно-галкинский интерьер, конечно, забавнее и пестрее, однако многие поклонники Пугачевой со стажем все эти превращения не воспринимают как повод для смеха, чрезмерно, может, персонифицируя ее сценические и светские образы с обожаемым оригиналом. Изводят себя, понимаешь, риторической дилеммой: «Что лучше – остаться в истории русской Барбарой Стрейзанд или превратиться в дурную копию Шер?..»
