Сразу после дня рождения примадонны российские СМИ сообщили об очередной ее операции с недвижимостью. На этот раз она продала особняк на Нижней Радищевской улице возле метро «Таганская» (как мы помним, одно время в ней находилась арт-студия «Алла», потом здание сдавалось в аренду) некоему бизнесмену-кавказцу за 2,5 миллиона долларов.
21 апреля Пугачева «засветилась» на очередном светском мероприятии: в Московском доме музыки отмечали 25-летие оркестра «Виртуозы Москвы» под управлением Владимира Спивакова. Пришла туда примадонна вместе со своим неизменным спутником Максимом Галкиным. Уселись они на 13-м ряду, через два места от жены юбиляра Сати Спиваковой. Киркорова на концерте не было, зато был его отец Бедрос, который расположился впереди «сладкой парочки» – на восьмом ряду.
Спустя неделю примадонна объявилась в казино «Кристалл», где проходила презентация клипа Кати Лель «Кручу-верчу». К вящему удивлению присутствующих, Пугачева пришла в стильных черных очках, украшенных бриллиантами фирмы Cartier. Была она одна. Именинница тут же соскочила со сцены и усадила знатную гостью за один столик с бизнесменом Анзори Аксентьевым. Тот не расстерялся и, стащив со сцены букет желтых и красных роз, вручил их примадонне. Пробыла она на вечеринке недолго – примерно десять минут. За это время она успела выкурить сигарету и пригубить из бокала минеральной воды.
В субботу 30 апреля все еще супругу примадонны Филиппу Киркорову стукнуло 38 лет. Поскольку дата была не круглая, торжество было сугубо семейным – в узком кругу. Проходило оно на даче примадонны в Малых Бережках. Из гостей были: Максим Галкин, Валентин Юдашкин с женой, Евгений Болдин с Мариной Лях, Анжелика Агурбаш (подопечная Киркорова), журналист Артур Гаспарян и еще несколько человек. Именинник был в белом, как и его жена (в одежде такого же цвета пришел и Максим Галкин). Как писала в «Жизни» О. Алексеева: «Скромную вечеринку открыло выступление цыганского ансамбля, музыканты пели и плясали для гостей примадонны в течение часа. Под звуки бубна Алла Борисовна потчевала гостей домашней кухней. Ее домработница Люся по наставлению хозяйки приготовила домашние котлеты с отварной картошкой, чебуреки, достала из погреба любимые примадонной разносолы собственного приготовления. А на десерт она испекла торт «Наполеон». Алкоголь был в ассортименте – Алла Пугачева достала из своего бара русскую водку, французский коньяк, итальянские вина и виски. Филипп произнес первый тост. Все выпили не за именинника, а за хозяйку дома, которая устроила этот праздник. Во время застолья Киркоров и Пугачева старательно изображали влюбленную парочку. Бывший супруг целовал хозяйку дома, шептал на ушко комплименты и старался за ней всячески ухаживать. Алла Борисовна охотно подыгрывала…»
Но это рассказ того, кто наблюдал за всем происходящим, так сказать, из-за ограды. Очевидец же – «семейный» журналист из «Московского комсомольца» А. Гаспарян – добавил сюда свои нюансы: «…Приехали цыгане. У беседки на заднем дворике пели и плясали, ублажая гостей, хозяйку и именинника. Алла с Филей и гости выкидывали коленца под «Очи страстные». Тут бы цыганам взять и затянуть «Цыганский хор» из Аллиной классики. Не додумались! «Ну, это же не их песня», – пыталась оправдать артистов Алла. «Но могла бы стать их гимном, как и вы – их королевой!» – вставил я короткое замечание в общее веселье. «Достаточно того, что ты из меня гей-королеву уже сделал», – огрызнулась в ответ Алла, имея в виду, наверное, недавнюю заметку в «ЗД» «Красная дата гей-календаря» о том, как геи России праздновали ее день рождения. «Раз королева, то – на колени», – вдруг придумала Алла и величественно, как Екатерина Медичи, протянула руку. «С удовольствием!» – я опустился на колено и припал к мягкой длани. Гости заморгали и странно притихли…
Цыгане уехали. По дому с тревожным глазом метался Галкин: у него пропал телефон. Все рефлекторно кинулись проверять личные принадлежности, разбросанные по дому, и сокрушались о неистребимой цыганской сущности. Однако галкинский телефон нашелся. Гости облегченно вздохнули и вернулись за стол. А Галкин засобирался. Филя, не казавший носа за забор с прошлой ночи, вызвался проводить приятеля. «Ну и что мы, как дураки, втроем выйдем! – запротестовала Алла. – Ты уж сиди. Я его одна выведу. Заодно и поцелуемся у ворот. На радость папарацци. Им тоже ведь надо свой хлеб зарабатывать…»
А вот как описывали концовку вечера в «Комсомольской правде» О. Рудакова и М. Ремизова: «Поскольку Истра – не «ближний свет», гости разъехались рано. Максим Галкин отчалил на «Бентли» около одиннадцати. До машины Алла Борисовна провожала его одна. И на пороге одарила… жарким поцелуем. Вечер ее растрогал до глубины души.
Ближе к полуночи, в самый канун Пасхи, Пугачева поднялась к себе на третий этаж к иконе и помолилась. За что благодарила или о чем просила Господа – ведомо ей одной.
