— Аня, послушай, — Дима придвинулся на край своего дивана и взял девушку за руки. — Я уже говорил и скажу еще раз, что приму любое твое решение. Пусть одно из них мне будет не по душе. Но я не собираюсь тебя отговаривать, я прошу лишь подумать. Ты говорила, что хочешь уехать, потому что тебя здесь ничего не держит. Может, для тебя ничего не изменилось, и я поступаю, как эгоист, но… Я без тебя не смогу. Уже не смогу. Ты так прочно въелась мне под кожу, что я не уверен, есть ли от этого лекарства. Точнее, одно есть… Ты. Ты одновременно и панацея, и яд. Знала бы ты, как меня это раздражает.
Зачем, зачем он говорит все это?! Только Ане начало казаться, что она принимает верное решение, как он опять все испортил. Она хотела уехать. Несмотря на то, что все вроде бы позади и ей ничего не угрожает. Она хотела уехать из-за него, точнее, для него. Чтобы оставить его в покое. Чтобы дать ему возможность жить нормально. Чтобы он знал, что есть другие, нормальные. Чтобы понял, что Аня ему не пара. Но, черт, какого хуя он все это говорит?! Ей-то что теперь делать?
— Подожди… — Аня коснулась руки парня. — Остановись. Ты не знаешь, о чем говоришь.
— Да, не знаю. Я несу всю эту чушь, потому что не знаю, как тебя удержать. Что мне еще сделать, чтобы ты осталась.
— Просто поцелуй меня. Пожалуйста, — попросила девушка.
Дима поднес руку к ее лицу, мягко очерчивая большим пальцем контур подбородка. Аня подалась ему навстречу, нетерпеливо касаясь губами щеки, уголка рта и, наконец, его губ, проникая между ними языком, прикусывая и лаская одновременно. Дима глухо зарычал, проводя ладонью по волосам подруги, наматывая их на пальцы. Осторожно потянув, парень вынудил Аню открыть ему доступ к шее, тут же припадая к ней горячими губами.
Девушка медленно перебралась к нему на колени, слегка потеревшись бедрами о пах, заставляя Диму шумно выдохнуть.
— Зачем ты… — прошептал он ей на ухо.
— Молчи, — приказала Аня, кладя руки на его ладони и направляя их вверх по ногам, к талии, заставляя проникнуть под рубашку. Дальнейшее ее руководство не требовалось: Дима добрался до груди девушки, слегка сжав ее через бюстгальтер. Плавясь от его прикосновений, Аня еле слышно застонала, прикрывая глаза и наслаждаясь сладкой истомой внизу живота.
— Ты ведь знаешь, что сюда в любой момент могут войти, да? — парень медленно, по одной пуговке, расстегивал ее блузку, каждый раз будто невзначай касаясь кожи.
— Тогда нужно поторопиться, — прошипела Аня, сталкиваясь с ним лбом и вновь впиваясь в губы, обводя их кончиком языка по контуру.
— Я так безумно хочу тебя. Черт, я постоянно тебя хочу. Это сводит меня с ума. Ты сводишь меня с ума.
— А ты… заставляешь меня покрываться мурашками, — простонала Аня, чувствуя, как по спине пробежала такая знакомая дрожь, хотя он всего лишь обжег кожу на шее своим дыханием.
— Это меньшее, что я могу с тобой сделать, — медленно проговорил он, смотря на брюнетку. Дьявол во плоти.
— Докажи, — Аня сверкнула глазами.
— Нарываешься, — покачал головой Дима, своими касаниями доводя девушку до исступления. — Ну так что, ты… остаешься?
— Зависит от того, насколько мне понравится то, что ты со мной сделаешь, — ухмыльнулась Аня, наслаждаясь азартом, отразившемся в его глазах.
— Зря ты это сказала. Ой как зря… — Дима покачал головой, а Аня коварно улыбнулась, думая о том, что наконец-то ей удалось заставить его прогулять учебу. Маленькая, но победа.
Take me high and I’ll sing,
Oh you make everything OK.
We are one in the same,
Oh you take all of the pain away.
Safe me if I become
My demons.*
***
Постепенно все выстроилось в ровный ряд и пошло своим чередом. Ане перестали сниться кошмары, более того, девушку теперь вообще мало что могло разбудить. Организм будто восполнял потерянные часы сна, отчего брюнетке было невероятно трудно вставать по утрам, но зато потом в течение всего дня она не чувствовала себя выжатым лимоном.
Аня еще никогда не была такой свободной. Теперь можно было не думать о том, что делать дальше; никуда не торопиться; не пытаться обогнать время. Вскоре после опубликования статьи ей позвонил Сергей Аркадьевич. Он подтвердил, что начался процесс над Сивоволовым и его приспешниками и что, скорее всего, они еще очень нескоро смогут выйти на свободу. Аня решила не радоваться раньше времени и подождать хотя бы до объявления приговора, но в душе все так и трепетало.
