Аллен Даллес полностью

Важнейшим элементом новой структуры становилось Центральное разведывательное управление (Central Intelligence Agency; CIA) — ЦРУ, в создании которого был особенно заинтересован Даллес. Формально ЦРУ создавалось как открыто функционирующий орган исполнительной власти, хотя «открытости» в нём почти не было. ЦРУ создавалось в качестве организации по сбору секретной информации о положении за рубежом, включая политическую ситуацию, экономические мощности, особенно связанные с военными делами, настроения населения и другие вопросы, связанные с уже названными. Новому учреждению сразу же придавались и дополнительные секретные функции, в том числе подрывные и кровавые, включая покушения на зарубежных государственных деятелей²⁸². В самом законе эти функции ЦРУ были скрыты под общей формулой о том, что Совету национальной безопасности (то есть фактически президенту) разрешается возлагать на ЦРУ дополнительные задачи и обязанности, кроме перечисленных в законе.

Существовавшие отраслевые разведывательные учреждения и соответствующие органы отдельных ведомств сохранялись, но все они должны были теперь считаться с существованием специального учреждения разведки. Впрочем, и само ЦРУ, по словам самого Даллеса, призвано было «восполнить существующие у нас пробелы в разведывательной системе, не вытесняя и не конкурируя излишне с другими американскими органами разведки, подчинёнными Госдепартаменту и Министерству обороны». Но главное, — ЦРУ получило полномочия создать собственную службу сбора секретной информации. Эта работа теперь должна была сосредоточиться под одной крышей и под единым руководством.

Правда, сам Даллес явно переоценивал позже степень централизации американских спецслужб, достигнутую в результате создания ЦРУ. Новое ведомство, по его словам, отказалось от сохранения органов, занимавшихся шпионажем и борьбой против такового. Таковое деление, мол, вело ранее к тому, что правая рука не знала, что делала левая²⁸³. Куда же в таком случае девалось Федеральное бюро расследований, которое на самом деле полностью сохраняло свои контрразведывательные функции внутри США и которое отнюдь не подчинялось ЦРУ? Обе мощные спецслужбы на самом деле существовали параллельно. Они обменивались информацией, но в то же время их руководители подозрительно присматривались друг к другу. Даллес явно завидовал карьере Эдгара Гувера, который возглавлял ФБР на протяжении 48 лет — с 1924 года до самой смерти в 1972 году. Ещё более воинственный и непримиримый, чем Даллес, Гувер вмешивался во многие стороны внутренней жизни США, дойдя до того, что рассматривал рок-н-ролл как подрывную, бунтарскую музыку, разлагающую молодёжь284. До подобных эскапад не доходил чуть более свободомыслящий Аллен Даллес.

Президент Трумэн, согласившись на создание ЦРУ, относился к новому органу неоднозначно. Поддавшись уговорам в его необходимости, он опасался усиления ЦРУ, боялся, что оно станет сильнее правительства и самого президента, и поэтому подчёркивал, что видит его роль прежде всего в координации разведывательной информации, собираемой различными учреждениями. Об этом он специально писал руководителям ЦРУ, явно стремясь документально зафиксировать свою позицию²⁸⁵. Более того, то ли действительно не очень разбираясь в современной истории, то ли, скорее, строя из себя такового неуча, Трумэн высказывал опасения, как бы ЦРУ не превратилось в подобие гестапо²⁸⁶. Скорее всего здесь была словесная игра. Термин «гестапо» использовался в качестве политического ругательства, так как Трумэн, наверное, не мог не знать, что у подлинного нацистского гестапо были совершенно другие функции. Это была не разведывательная организация и не ведомство подрыва других стран изнутри, а Тайная государственная полиция (Geheime Staatspolizei, откуда возникло сокращение Ge-sta-po), то есть орган политического сыска и контрразведки. Без определённого лицемерия не обходилось, так как Трумэн прекрасно знал, что ЦРУ предоставляются не только разведывательные, но и «кинжальные» функции, но его деятельность внутри страны, согласно законодательству, сводилась к минимуму.

Для того чтобы подчеркнуть, во-первых, стратегически-разведывательные задачи нового агентства, Трумэн назначал на пост его руководителей генералов, причём на этот раз, чтобы продемонстрировать их зависимость от высшей исполнительной власти, не давал им засиживаться на своём посту. Первым директором ЦРУ стал генерал-лейтенант Хойт Ванденберг из ВВС. Его вскоре сменил контр-адмирал Роскоу Хилленкоттер, третьим директором стал генерал-лейтенант Уолтер Беделл Смит. В отличие от предыдущих директоров последний после руководства военными действиями в период войны под командованием Эйзенхауэра некоторое время работал в Госдепартаменте и был американским послом в Москве.