Подчас использовались произведения, написанные советскими авторами. Даллес лично следил за работой, связанной с изданием и распространением в СССР романа Бориса Пастернака «Доктор Живаго», который отказались печатать советские издательства, но опубликовало итальянское издательство «Фельтринелли». Ещё до публикации книги в Италии британской разведке удалось раздобыть и сфотографировать рукопись (вероятно, в Италии) и поделиться ею с ЦРУ. Познакомившись с романом, который был быстро переведён на английский язык по поручению Даллеса, руководство ЦРУ обратилось к своим сотрудникам со специальным меморандумом, в котором, в частности, говорилось: «Эта книга может иметь большое пропагандистское значение. Она важна не только своей главной мыслью и происхождением, наводящим на размышления, но и возможностями её публикации: мы можем заставить советских граждан поставить перед собой вопрос, что произошло с их властью, если великолепное литературное произведение, написанное человеком, которого считают величайшим из современных русских писателей, недоступно для чтения даже в своей стране, на родном языке, собственным народом». Меморандум указывал, что публикацию по инициативе ЦРУ «Доктора Живаго» на русском языке и его нелегальное распространение в СССР следует рассматривать как важную задачу337.
Сотрудники ЦРУ сочли целесообразным опубликовать роман на русском языке с фальшивым обозначением советского издательства на титульном листе338. В результате роман «Доктор Живаго» был издан по инициативе ЦРУ на папиросной бумаге в тонком бумажном переплёте (часть тиража без обозначения издательства и часть с обозначением фиктивного французского издательства). Тираж книги составлял 9 тысяч экземпляров. Часть была выпущена в одном томе, часть в двух томах для удобства тайного её распространения. Роман стал различными путями ввозиться в СССР и другие страны «за железным занавесом»[14].
Пачки с книгами были направлены резидентурам ЦРУ в Великобритании, Франции, ФРГ, Бельгии, а затем и в других странах. Для засылки книги в СССР был использован Всемирный фестиваль молодёжи и студентов в Вене в конце июля — начале августа 1959 года. Корреспонденты писали, что к автобусам с советскими участниками фестиваля подбегали русские эмигранты, проживавшие в австрийской столице, и буквально забрасывали их экземплярами «Доктора Живаго»339.
Сотрудникам ЦРУ предлагалось приложить усилия, чтобы роман был опубликован в максимально большом числе стран, получил самое массовое распространение и был представлен «к такой чести», как получение Нобелевской премии340. Борису Пастернаку действительно была присуждена Нобелевская премия по литературе, от получения которой он под массированным давлением со стороны советских властей (подчас носившем просто оскорбительный и хамский характер) вынужден был отказаться.
В ЦРУ была разработана специальная инструкция для работы с американскими туристами, посещающими СССР. Их всячески стимулировали заводить разговоры о Пастернаке и его романе. Туристам раздавалась брошюра под названием «Творческий художник в коммунистическом обществе»341.
Так Аллен Даллес, ещё до того времени как он стал высшим руководителем ЦРУ, внёс вклад в пропаганду творчества выдающегося русского писателя, хотя цели его состояли не в пропаганде литературы, а в подрыве существовавшего строя в той стране, где жил Борис Пастернак.
Советским Союзом и странами его блока ЦРУ, руководимое Даллесом, отнюдь не ограничивалось. Он был убеждён, что его ведомство должно действовать во всемирном масштабе. В полной мере достигнуть этого не удавалось, но перед Алленом постоянно маячила заветная цель. Через годы он писал: «В наши дни разведка вынуждена вести постоянное наблюдение во всех районах мира независимо от того, к чему в данный момент приковано основное внимание дипломатов или военных. Наши жизненно важные интересы могут в любое время оказаться под угрозой практически в любом районе земного шара»342.
В качестве заместителя директора ЦРУ, а затем и высшего руководителя агентства Даллес возглавил несколько крупных операций, которым власти США придавали особое значение в холодной войне.
Одна из них проводилась в отдалённом тихоокеанском регионе — на Филиппинах. Здесь после освобождения архипелага от японской оккупации было восстановлено прямое управление Соединённых Штатов, причём американская администрация не торопилась предоставлять Филиппинам автономию, а в перспективе независимость, обещанные во время войны. Всё же в 1946 году независимость была признана при условии сохранения преимущественных интересов США в новой стране.
