— Р-р-р-р-р-р-р! — не остался от звукоизвержения и Лев, кидая нам под ноги ещё одну палку. — Я вам такое устрою, паразиты-сутенёры, что места живого не останется!..
— Ай-ай-ай, — захныкала от щиплющей боли я, когда Лев мрачно начал обрабатывать зелёнкой мои ободранные до крови коленки, а ещё и ладошки. Надо было надевать спортивные штаны, а не шорты, блин. Кто ж знал, что я свалюсь в овраг, удирая от погони Ельского?
— Я, конечно, знал, что у тебя фантазия богатая, но, чтобы подложить мне проститутку… Это сильно, — усмехнулся он, щедро снабжая мои раны зелёнкой.
Я зло посмотрела на него и обняла подошедшего Виталика, чтобы не заплакать от боли. Обидно так тупо попадаться. В особенности, когда я сама сиганула в этот овраг, хотя думала, что там кусты.
— Да кто твои истинные мотивы знает-то? — всхлипнула я. Больно было очень. — Может, всё это было ради одного разового секса?
Родион, убирая медикаменты в рюкзак, что он принёс, лишь улыбнулся. Лев же мучительно поднял зелёные глаза к потолку той самой беседки, где он меня обманул. И он ещё злится, что я с ним поступила так же?! Где справедливость?
— Господи, вот за что мне эта бестолочь?
— Сам такой, — отпарировала я, опускаясь на ноги на доски.
Прихрамывая, подошла к Виталику и Димке, схватилась за их руки. Наша компашка было хотела гордо удалиться к своей палатке, но я почувствовала, как меня резко отняли от земли. Задергавшись и пыхтя, я пыталась слезть с рук держащего меня парня.
— Да хватит уже. Сейчас же ещё что-то себе повредишь, — шикнул на меня Лев. — Кстати, это очень плохая политика — капать мне нервы.
— Не понимаю о чём ты, — пропела я.
— А зачем стоило вызывать проститутку? — рявкнул он.
Какая наглость кричать на меня за то, до чего сам не додумался!
— Но ты же этого так хотел! — прошипела я. — Между прочим, составила по твоим высоким стандартам! Длинноногая сисястая блондинка, которая точно была бы не против, чтобы ты её прокатил на машине любви! Какие ко мне претензии? Я тебе, чёрт побери, не профессиональный сутенёр! В следующий раз сам будешь заказывать девушку лёгкого поведения. Не, ну надо же какие мы капризные! — обиженно возмутилась я, складывая руки на груди.
Стараешься-стараешься, а никто даже не ценит. Где книга жалоб на жизнь-жестянку?
Тем временем у Льва настал такой шок, что он даже остановился. Бедненький. Похоже, не привык, чтобы о нём кто-нибудь заботился. Всё сам да сам.
— Как же ты меня бесишь, щекастая, — процедил Лев, неся мою покалеченную тушку дальше.
— Начало пути положено. А я выиграю спор, — весело ответила я. — Ой!
Мускулистые ручонки сжали с силой меня, а потом мне зло ответили:
— Даже не надейся. Кстати, я сразу понял, что это не ты, ибо на тебе не было семеек, которые даже бомжи не носят.
— А ты что заглядывал в штаны к бомжам? Вот она, травма на всю жизнь, — хихикнула я.
Следующее высказывание вызвало у Льва улыбку. Всё-таки, Ельский имел очень хорошее чувство юмора, поэтому долго не мог злиться и не оценить и шутки, и иронии.
— Пошутистка сладкогубая.
Я смущённо кашлянула, чувствуя, как начинаю заливаться краской под насмешливым взглядом парня. Но решила ничего не отвечать, ибо не хотелось лезть в перепалку, а вообще… Какое красивое сегодня небо! Звёздное такое, да и погода теплая…
В кармане шортов зажужжал телефон. Лев поставил меня обратно на ноги, придерживая за руку. Я достала телефон и увидела, что звонят с незнакомого номера. Удивившись, я всё-таки нажала на "принять".
— Алло? — осторожно сказала я.
— Добрый вечер, Александра. Это Эдуард Владиславович из боль…
— Здравствуйте, я вас узнала. Что-то произошло? — спросила я, чувствуя нечто тревожное в груди. Терпеть не могла, когда звонят из больницы, ибо это значит одно — ничего хорошего не жди.
Лев также напрягся и попросил тихо:
— Поставь на громкую.
Исполнив просьбу, я начала слушать, что дальше начал доктор говорить.
— Прошу извинить меня за поздний звонок, но к нам только что поступил ваш родственник — Ельский Андрей Петрович и…
Я вскинула глаза на Ельского. Лев взял у меня телефон из рук телефон, выключил громкую связь и сказал:
— Добрый вечер, Эдуард Владиславович. С вами говорит Ельский Лев Андреевич, сын Андрея Петровича. Что случилось с отцом?
Минут пять парень сосредоточенно слушал врача. А когда обратно дал мне телефон, то выглядел очень бледным и взволнованным. Даже изумрудные глаза потускнели как-то. Ельский впервые выглядел… растерянным.
— На отца напали с ножом прямо в туалете одного из наших ресторанов, — негромко произнёс Лев, утыкая обычно искрящиеся глаза прямо в землю. Желваки на острых скулах заходили ходуном. — Я поеду в город сейчас же.
— Я с тобой, — твёрдо сказала я, делая шаг вперёд.
— Нет, ты остаёшься. Тем более, я быстро, — криво улыбнулся он.
— Чёрта с два! И я тоже переживаю за дядю Андрея и ты можешь наделать на свою дурную голову всяких глупостей, — упрямо ответила я, глядя прямо ему в глаза.
Парень долго смотрел мне в глаза, а затем устало проговорил:
— Ладно. Всё равно бы не отстала, да?
Я, чуть улыбнувшись, кивнула.
Саша
