Когда он вернулся Нэнси уже сняла покрывало с кровати и забралась под одеяло. В её чувственном взгляде читался откровенный призыв и Дилан не смог устоять. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, после чего Дилан снял с себя рубашку, брюки и буквально набросился на Нэнси. Девушка учащённо дышала, в её карих глазах Дилан увидел столько огня, что даже растерялся. Её кожа была слонового цвета и переливалась от света бра. Дилан нежно гладил руками упругие груди Нэнси и слегка сжимал соски. Девушка извивалась и стонала. Она готова была на всё, лишь этот сильный и уверенный мужчина завладел её телом. Дилан не торопился, он хотел завести её до предела, до того момента, когда она сама попросит о близости. Как более опытный любовник он знал правила игры с женщинами и сейчас владел ситуацией от начала и до конца. Нэнси покусывала Дилана за мочки ушей, и её горячее дыхание растворялось на плоти Дилана. Их игра могла продолжаться бесконечно, но не выдержал Дилан и словно разъярённый лев набросился на свою добычу. Вначале их страсть была грубой и неистовой, и только в конце нежной и сладкой.
– Тебе хорошо было? – спросил Дилан внимательно разглядывая Нэнси.
Она лежала с закрытыми глазами и улыбалась.
– Ещё никогда в жизни не было так хорошо. Я была на седьмом небе от счастья, дорогой. Не один в мире мужчина не способен сравнится с тобой.
– А как же Скот? – спросил Дилан и усмехнулся.
– Не вспоминай о нём, не надо, прошу тебя. Между нами уже ничего нет. И ничего не будет. Я хочу быть с тобой, принадлежать тебе одному. Я влюбилась в тебя когда увидела. Мир перестал существовать для меня. Наверное, я дура, набитая, но это сильнее меня.
Она лежала на его могучем предплечье и вздыхала.
– Ты бросишь меня?
– Почему ты так решила?
– Не знаю, если ещё вчера было всё нормально, то сейчас нет. У нас на хвосте полиция, и я очень боюсь. Я не хочу лишится свободы. Выйти из тюрьмы древней, дряхлой старухой, без зубов, никому не нужной. Нет. Только не это… Мне кажется, что смерть не так страшна как тюрьма. Серые стены, решётки, надзиратели. Ужас, если меня схватят я этого не переживу и покончу с собой.
– Никто тебя не схватит. У полиции ничего против нас нет. Отпечатки пальцев я вытер, и никто не мог нас видеть. Чтобы человека посадить нужны свидетели. Это не так просто. От награбленного мы избавились, так, что не волнуйся.
Дилан притянул голову Нэнси к себе и прижал.
– Я обещаю, что не брошу тебя. Ты должна мне верить. А сейчас давай спать. Я рано утром уйду, и приду ближе к вечеру. Оставайся в номере и никуда не выходи. Еды и выпивки в холодильнике достаточно. Нам нужны деньги, чтобы хотя бы заплатить за номер. Если этот проклятый метис появится, скажи, что я вечером с ним рассчитаюсь. Ты поняла?
– Да, да, поняла, – ответила Нэнси крепко зевая.
Дилан взял одеяло и укрыл Нэнси. Сам поднялся и налил выпить. После хорошего секса и нескольких порций виски жизнь, и даже копы, не казались такими ужасными.
Рано утром он ушёл, и оставил Нэнси одну. На виллу он добрался в половине восьмого утра. Подъехав на автобусе, и прежде чем войти, хорошенько проверил окрестность. Ни где не наблюдалось ни одного копа.
«Может ей со страху померещилось», – подумал он и открыл маленькую калитку. Скот курил возле бассейна. Он был одет в светлые брюки и голубой свитер с закатанными рукавами. Боб в пижаме, с заспанными глазами, в одиночестве завтракал. Когда Боб увидел идущего по дорожке Дилана, он тут же бросил огромную королевскую креветку на тарелку и вышел его встретить.
– Что случилось? – спросил Боб вытирая салфеткой губы.
– А ты уже заправляешься? Не рановато ли?
– Это не твоё собачье дело, говори, почему вы не ограбили особняк Роуз?
– За Нэнси следили копы, вот почему.
– Копы? Следили?
У Боба расширились глаза как у кролика, и от такого резкого поворота дела сильно задрожали руки. Он стал похож на тарелку холодца, которую только, что достали из холодильника. Скот взял с коробки на столе сигару и обрезав кончик серебряными щипцами, прикурил.
– Вот так да, – буркнул Боб и плюхнулся в плетённое кресло.
