В магазине долго выбирал и примерял модные пальто. Наконец остановился на реглане с шалевым воротником. Заплатил в кассу одну ассигнацию крупной купюрой и получил кучу денег сдачи. Как пьяный, в мальчишеском азарте ходил по этажам, покупал все, что попадалось на глаза. Продавщицы смотрели на него с изумлением. Взял такси, навалил на сиденье свертки. Усталый, поехал домой. Бросил все на диван, а сам, как мешок, повалился в свое плетеное кресло. Но заснуть ему не дали хозяева и соседи. Они собрались у дверей, а когда Ричард пригласил их, с завистью смотрели на пальто, костюмы, рубашки, шляпы, модную обувь.
Из Ричарда он моментально превратился в мистера Уайтинга. Зося спросила:
— Мистер Уайтинг, вы выиграли по лотерейному билету?
— Угадали, милая Зося.
— Сколько?
— Пять тысяч долларов! Все ахнули.
— Пять тысяч! Какое счастье! — Зося и Бетти маняще улыбались.
— Теперь вы на нас и смотреть не будете, — пролепетала Бетти.
— О нет, напротив. Я приглашаю вас всех сегодня вечером в ресторан "Большие устрицы".
— Прямо как в сказке, — шептала Зося.
— О-ля-ля! — воскликнула Бетти.
Мужчины — Джек Вурворт и Джо Паркер — искренне поздравляли Ричарда и жали ему руки.
Попав в один из фешенебельных ресторанов, вся компания в течение первых минут была несколько растеряна и чувствовала себя стесненно: мягкий свет неоновых ламп, льющийся из замаскированных ниш, удобные кресла, хрусталь, приглушенные звуки оркестра и угодливость официантов заставляли каждого из ресторанных новичков сдерживать свои движения и громкий смех. Но после первых бокалов вина, после омаров и устриц огромный зал с облепленным ракушками потолком вдруг показался всем давно знакомым и обычным. Бетти начала тихо подпевать в такт оркестру, а Зося задорно смеялась над остротами Паркера.
Но непринужденнее всех чувствовал себя виновник торжества Ричард Уайтинг. Легким кивком головы он подзывал официантов, заказывал самые разнообразные блюда и вина. Пил умеренно и думал, что доллары, несомненно, доставляют счастье и радость тем, кто их имеет. И все же это, вероятно, не та радость и не то счастье, которое приносит литературная слава!
Вся компания вернулась домой под утро на двух такси и разбрелась по комнатам. После роскошного ресторанного зала маленькая комнатка с обшарпанными обоями показалась Ричарду лачугой, и он подумал, что завтра же надо переменить свою убогую каморку на комфортабельную квартиру.
Время быстро уходило в бесконечность. Каждый месяц Уайтинг сдавал Фрому свои рассказы, получая взамен чеки. Переехал на новую квартиру. Откуда-то вдруг появилась масса друзей. С утра до вечера беспрерывно звонил телефон, сыпались приглашения в гости, на вечера, на премьеры. Положительно не хватало времени. Еле — еле выкраивал в день два — три свободных часа, чтобы к сроку написать нужную тысячу слов. А когда под последней строкой ставилась точка, Ричард сам звонил кому-либо из своих новых друзей и отправлялся в ресторан, где учтивый официант сервировал его постоянный столик,
Плотно позавтракав и выпив изрядное количество вина, Уайтинг ехал на бега или в варьете, где выступала нравящаяся ему испанская танцовщица.
Возвращаясь домой поздно ночью, Ричард иногда пытался припомнить, как был проведен сегодняшний день, но все события путались в его затуманенном мозгу, и он засыпал тяжелым, пьяным сном.
Проснувшись утром с головной болью, Уайтинг выпивал рюмку виски и, усевшись за стол, писал положенные ему на день полтораста слов.
Буквы укладывались в неровные, неряшливые строчки, но Ричард, не задерживаясь над образами, метафорами и сравнениями, строчил фразу за фразой, отлично зная, что как бы ни написал он свой новый рассказ, его все равно безоговорочно примут.
По воскресеньям Уайтинг, не подходя к письменному столу и не прикасаясь к рюмке, отправлялся с утра пешком по Бродвею, Манхэттену на Уолл-стрит. По дороге заглядывал в зеркальные витрины книжных и букинистических магазинов, рассматривая новинки и старинные издания в кожаных тисненых переплетах.
Однажды в окне одного из таких магазинов Ричард увидел яркий плакат:
"Поступил в продажу первый сборник рассказов Говарда Фрома. Готовится к печати повесть "Игра без джокера". Эти слова резанули по сердцу. Уайтинг зашел в магазин.
— Дайте, пожалуйста, мне сборник…
— Какой именно? — засуетился продавец. Ричарду хотелось крикнуть: "Моих рассказов! Сборник рассказов Ричарда Уайтинга!.." Но вместо этого он произнес ненавистное ему имя Говарда Фрома.
— На ваше счастье, остался еще один экземпляр. Последний.
— Хорошо идет книга?
— Отбоя нет, — ответил продавец. — Я пятнадцать лет работаю в магазине и не помню такого спроса. Талантливый писатель, что и говорить. Во всех журналах самые лучшие отзывы. На днях выйдет второе издание. Разрешите завернуть?
