Алмаз (СИ) полностью

Я долго смотрела на записку, на которой размашистым почерком были сделаны для меня пометки.

— Дэн, это верный адрес? Не уверена, но, по-моему, это гостиница.

Он вынырнул из-за двери с кислой миной на лице. Мне кажется, или такое выражение у него появляется, только когда он видит именно меня? Да не зануда я, которая по пять раз уточняет адрес, прежде чем выехать! Просто не хочется зря тратить время из-за чужой ошибки. А такое случалось, и чаще, чем бы хотелось. Сегодня на телефоне была Ксюша, а она на редкость рассеянная девица, вечно витает в облаках.

— Все верно, — Дэн начинал заводиться. Так случалось всегда, когда пиццерия была переполнена. — Какая тебе разница?

— Я просто не хочу зря мотаться по городу, если тут ошибка.

— Нет там ошибки, — еще больше злясь, произнес он. — Иди уже и не доставай меня!

Я подняла руки ладонями вверх, покоряясь боссу. Нервишки у него были ни к черту.

— Меня уже нет.

Я прошла через кухню и взяла сумку с прикрепленной к ней запиской, где красовалось мое имя — «Маргарита». Ноша оказалась увесистой — сегодня меня ждала большая и голодная компания любителей пиццы.

По дороге к машине в кармане зазвонил телефон, заставив меня виртуозно изловчиться, чтобы открыть дверь и не выронить сумку. Звонок был от мамы, и я не собиралась его игнорировать.

— Мам, привет, — радостно воскликнула, услышав ее голос, и грузно ввалилась в салон автомобиля, чуть не плюхнувшись на стопку пицц.

— Милая, я точно тебя не отвлекаю? — заподозрила она неладное по странным звукам.

Я так давно не слышала мамин голос, что соврала, лишь бы она не отключалась.

— Нет, нисколько, — бодро уверяла, закинув сумку на заднее сидение. Меня мало беспокоило состояние пиццы. Заказавшие ее в таком большом количестве вряд ли будут придираться к внешнему виду, голод сильнее чувства прекрасного. — Ты как? Макс тебя навещает?

— Да, твой брат ходит ко мне, как на работу. Но это уже слишком, у него жена и дети.

— Не говори так, словно ты лишняя в нашей жизни. Мы все одна большая семья, не надо нас разделять.

— Я хочу сказать, что вы уже выросли и стали самостоятельными.

— Тем более, теперь мы с Максом должны заботиться о тебе.

— Родная, я довольна своей жизнью. У меня есть друзья. Я лишь хочу, чтобы ты наслаждалась своей. Мне не нравится, что ты так много работаешь.

— Я отдохну, когда мы поедем этим летом на море, как я и обещала.

Какой-то кретин подрезал меня и я едва удержалась, чтобы не обложить его ругательствами, но во время спохватилась — мама могла все услышать — и ограничилась лишь неприличным жестом, высунув руку в окно.

— Ты что, в машине? — мама все-таки раскусила меня.

Пришлось признаться, хотя это грозило неприятными последствиями:

— Я на работе. Знаю, ты не любишь, когда я, по твоему мнению, рискую жизнью, разговаривая за рулем по телефону.

— Тебе привести статистику? — ее тон звучал не хуже заправского полицейского.

Она не всегда была такой мнительной и помешанной на моей безопасности. Я прекрасно понимала, почему она себя так ведет и снисходительно относилась к ее приступам паники, лишь надеялась, что это явление временное и скоро пройдет.

В такие моменты я имела на нее только один рычаг воздействия:

— Я люблю тебя.

— И я тебя, — вернулась прежняя мама. — Поговорим позже. И, пожалуйста, будь осторожна.

— Как всегда, мам. Пока, — отключилась, и сосредоточила все внимание на дороге. Я дала маме обещание и не могла его нарушить. Правда, у меня никогда не было проблем за рулем. Отец уже в пятнадцать лет научил меня водить и требовал безукоризненного знания правил ПДД. Он не давал мне в руки права, пока я не сдала его личный экзамен.

Водительский опыт стал большим подспорьем при устройстве на работу, но жирным таким минусом оказалось полное незнание мной города. Когда четыре года назад я пришла к Дэну в поисках подработки, он отказывался меня нанимать. Какой из меня курьер, если я не ориентируюсь на местности? Только приехала из родного городка, чтобы учиться в институте, жила в общаге и едва сводила концы с концами, и мне жизненно необходима была работа. Смотрела на Дэна голодными глазами бедного студента, и он просто не смог отказать: для начала взял официанткой в свою пиццерию. И как говорил сам начальник, я не давала ему повода жалеть об этом. Никто не скажет, что я была плохим работником.