- Спасибо. - Наверное, мне нужно его поцеловать, обнять. Но это шаблоны, а мы с первого дня знакомства с моим хозяином только тои делаем, что их разрываем. - Правда. Я думала, у меня сердце лопнет.
Лукас садится рядом. Не пытается приблизиться, просто смотрит.
- Ты смутила меня перед подчиненными.
- Прошу вас, не злитесь. Я была не в себе. Этого больше не повторится.
- Не повторится. Учись держать себя в руках, на будущее. Но с разговором справилась, умница.
- Я обещала, что вас не подведу. Сложно, но я учусь.
Лукас встает, протягивает мне руку.
- Сейчас зайди в ванную и приведи себя в порядок. Мы собирались поужинать. И я хочу с тобой посоветоваться по еще одному вопросу. Надо послать кого-то принести твои туфли...
Прошло не меньше часа, прежде чем я смогла взять себя в руки и унять противную дрожь во всем теле. Эмоциональный отходняк обострился, соединяв в себе последствия двух мощных потрясений. И, конечно же, Лукас не собирался давать мне возможность с этим справиться. Наоборот, продолжал своё дьявольское тестирование в реальном времени, ожидая, когда я окончательно сломаюсь.
Иногда мне казалось, что он буквально жаждет найти повод избавиться от меня. Ненавидит себя за проявленный интерес, разрывается между желанием находиться рядом и ненавистью ко мне, такой непохожей на других. Я не хотела об этом думать. Я хотела просто выжить. Правда, неизвестно, насколько меня хватит с подобными эмоциональными качелями.
Ужин проходил в его кабинете, за столом переговоров. Прожаренный стейк, салат, красное вино, на десерт шоколадно-апельсиновый мусс. Не думала, что проснется аппетит, но убитые нервные клетки требовали пополнения сил, и я едва не набросилась на еду. Руки дрожали, близость Лукаса напрягала. Я не знала, как себя вести. Благодарить? Что-то мне подсказывало, что одного раза более чем достаточно. Имитировать чувство внезапно вспыхнувшей любви я не стала. Низко, мерзко, фальшиво. Это точно неуважение к тому, кто пошел тебе навстречу, как неумелая имитация оргазма. Поэтому молчала, ковыряя вилкой в тарелке. Радость оттого, что мать жива и о ней позаботились, сменилась тревожными мыслями о будущем. Я как в воду глядела.
- Вставай, - Лукас промокнул губы тканевой салфеткой и отбросил ее в сторону. - Подползи ко мне на коленях и сделай хорошо.
Возвысить, а потом опустить ниже плинтуса - в этом он был мастер. Но я не вскочила, словно ошпаренная, выполнять унизительный приказ. Допила вино, промокнула губы, отзеркалив его недавний жест, и опустилась коленями на мягкий ворс ковра. Внутри звенела пустота, слабый протест угас. Так было проще - отключить все свои чувства и играть во взрослые игры с опасным мужчиной, в руках которого находилась моя жизнь.
Я не медлила и не торопилась. Переплавляла ладони и колени, приближаясь к нему, без театральных прогибов спины и блудливых улыбок. Наверняка подобного он за свою жизнь насмотрелся вдоволь. Я не собиралась становиться частью этой статистики.
Уперлась лбом в его колени, замерла. Эмоции все же пробились. Но не унизительные и тревожные, нет. Это было похоже на яркую вспышку, будто я непроизвольно нарушила границы чужих мыслей.
Подняла голову, глядя прямо в глаза Лукасу с непонятно откуда взявшимся вызовом, уверенно расстегнула ремень. Играла с ширинкой, расстегивая и застегивая обратно, при этом неотрывно гипнотизируя его. Власть. Вот, что было в моих руках в тот момент, когда я всего лишь исполняла приказ. Власть, которая пришлась ему по душе.
Я видела то, что мне тогда еще не полагалось видеть. Интерес, даже потрясение, любопытство, - насколько далеко я зайду. Увы, я была обескровлена в тот момент и не имела сил разыграть козырную карту так, как полагается. Лишь улыбнулась, позволив себе кратковременное, но острое удовольствие от того, что одержала верх в не оглашённом поединке, и, склонив голову, сомкнула губы вокруг восставшего члена, зафиксировав его неподвижно в собственной ладони.
Язык. Нажим. Вверх-вниз. Никаких мыслей и чувств, голая физика. И когда ладонь Лукаса легла на мой затылок, негласно принуждая взять глубже, я осмелела. Прекратила ласку языком, тряхнула головой и решительно отвела его ладонь в сторону. Попытка контроля разозлила.
Думала, сейчас прервет самоуправство, возможно, даже ударит. Но когда репрессий не последовало, я почувствовала нечто, похожее на возбуждение. Сжала его член обеими ладонями, как показалось, до лёгкой боли, втянула головку в бархатные тиски своего рта, продолжая ласку языком, наслаждаясь внезапно охрипшими стонами мужчины.
Кто-то сказал, что если бы женщины могли делать минет без передышки, они бы правили миром. В тот момент я была согласна с этой житейской мудростью, как никогда прежде. Как будто воля Лукаса передавалась мне с каждым движением губ.
