Притом Элвина он принимал! Между ними тоже ненадолго пролегла пропасть – и ничего же, смогли преодолеть. Сам Эл заверял, что лучший друг почти остыл: он чувствует обиду от предательства, но на самом деле уже понимает, что злиться именно на меня значительных причин нет. Он просто злится – оттого что произошло и как именно это произошло, пытается с этим смириться и принять, а ярость направляет на того, кто оказывается подходящей мишенью. И раз я сама настойчиво требую аудиенции, так мне мишенью и быть. Элвин смеялся над моими попытками, убеждал, что и без того рано или поздно все уладится, но я выбрала, чтобы это произошло рано, потому и не сдавалась.
Поняв, что вежливая и доброжелательная охрана тоже сдаваться не намерена, поскольку жалование получает с той стороны замковой стены, я решила бить напролом. То есть явилась посреди ночи и с помощью демонских петель перебралась через каменную ограду во двор. Устала от этого маневра, но отряхнула кожаные штаны и подошла к светящимся окнам. Еще один подъем в воздух я определенно выдержу. Аккуратно используя волны, подобралась к окну, прочно встала на выступ и заорала без стеснения:
– Тук-тук, Майер, я здесь!
Створка окна распахнулась, и изнутри на меня глянуло заспанное женское лицо в милом колпачке.
– Айса, дорогая, ну что ты такое устраиваешь?
– Ой, миледи Сао, я, кажется, окошком ошиблась! – поприветствовала я ее радостно. – Получается, окно вашего сына правее?
– Ну да, – она не сдержала улыбки. – Таких настойчивых бывших невест еще поискать! Но зря ты пришла… прилетела? Как ты вообще сюда забралась? В общем, зря! Сынок не хочет говорить с тобой, потому что в принципе пока не хочет об этом говорить. Но я ему рассказала, как ты ночами возле его постели сидела и что спасли вы его с Элвином на пару. Он – благодарный мальчик, просто сейчас неподходящее время.
Я перемещалась по выступу вправо, продолжая болтать с этой милейшей женщиной:
– Понимаю ваше беспокойство, он и так настрадался. Но как раз сейчас Майеру нужны верные друзья – хотите верьте, хотите нет, но я точно в их числе.
Она с улыбкой вздохнула:
– Даже если б не была, то отвоевала бы себе это место. Вы, имельцы, все такие, или ты получилась самая обветренная?
– Все! – заверила я с гордостью за весь род. – Как поживает милорд Сао?
– Хохочет с кровати. Айса, если ты расшибешься, то чур мы не виноваты!
– Договорились. Привет ему передавайте. О черт, Майер, и ты тут?! – я от изумления едва не потеряла равновесие. Дракон действительно выглянул из окна и наблюдал за нашей светской беседой. – Здравствуй, Майер, я мимо шла и по пути заскочила поговорить! Как твое самочувствие?
Он не ответил, а сложил руки на груди и грозно на меня смотрел. Пришлось говорить самой:
– Ты имеешь право на меня злиться! Но я не позволю тебе злиться бесконечно, хороший мой! Потому что я тебя люблю и очень за тебя переживала. А заодно я пообещаю, что никогда больше тебе не солгу – ни в крупных вопросах, ни в мелочах. Ну что ты молчишь? Дракону отказал его идеальный слух?
Я подождала недолго, реакции не добилась, а в такой позе я в самом деле рисковала полететь вниз. Потому поднажала:
– Я даже ребенка сегодня не навестила – он под присмотром Ирты живет, чтобы никого не раздражать. А вместо того торчу здесь! Не то чтобы тебе должно было быть стыдно, но немножко бы не помешало…
Майер наконец-то ожил – его эмоциональное лицо снова сделалось таким, что все чувства отпечатывало. Он поднял брови и не выдержал – все-таки подал голос:
– Ты сейчас к моему чувству вины взываешь?! Совсем совесть потеряла? Стоп… Какой еще ребенок? Ты обзавелась ребенком?!
– О-о, это удивительная история! Очаровательный зверолюдик, я вас позже познакомлю. Подробности только после подоконника! Пригласишь, нет? Да ладно тебе, Майер, я пролезаю!
В спальню я нагло пробралась под смех его матушки. Но он еще пару часов не сдавался – и пытался хмуриться, а не смеяться над моим поведением. Однако к рассвету я уже знала, что проблемы между нами больше нет. А еще отметила, что храмовые маги обладают невероятной силой: они сумели вернуть весь разум своего подопечного на место – никаких отличий, лишь легкая грусть в глазах, когда мы вместе вспоминали Хинанду. И о той магии пока лучше не распространяться, иначе у них отбоя не будет от обездоленных драконов, а в Центрине контроль над разумом запрещен под страхом смертной казни. Элвину обязательно надо будет поговорить с императором о необходимых поправках в этом законе. Ведь вот оно – чудо, лекарство и настоящее спасение!
В итоге на следующий дворцовый прием мы с Майером отправились вместе. Он был еще очень далек от того, чтобы смотреть на других девушек, а после полугода полной изоляции в келье ему требовалось вспомнить простые навыки общения.
