Алмазная одиссея полностью

С хохотом, слегка подталкивая друг дружку, в кают-компанию входят девушки. Они уже без курток, в коротких юбках и модных пиджачках. Колготки у одной лиловые, у другой в крупную клетку. Много макияжа. Одна из девушек с длинными волосами, забранными в хвост, другая с двумя косичками. Обе блондинки, но с цветными прядями.

Длинноволосая. А вот и мы!

С косичками. Встречайте!

Смеются.

Вит (сдавая назад, в сторону душевой). Сейчас, девчонки. Я не знал, что вы уже… Только приоденусь.

Девушки опять смеются.

Длинноволосая (с нарочитой серьезностью). А зачем?

Вит снова появляется в дверях кают-компании в полотенце.

Вит. И то правда… Смысл? (Улыбается и с азартом рассматривает девушек. Они смеются, а та, что с косичками, со словами: «жарковато тут у тебя», снимает жакет.)

Вит (глядя в потолок, в основание манипулятора). Лим, тебе Фоб рассказал о нашем условном знаке, по которому надо сделать интимный свет и включить музыку?

Лим. Разумеется, Вит.

Вит. Тогда…

Он поднимает обе руки вверх. Полотенце развязывается и падает. Свет меркнет, включается музыка, запись прерывается.

От кого бежал раненый великан, обронивший эту огромную каплю волшебной крови – звезду Вольф 359? Намного менее крупная и яркая, чем Солнце, эта капля висит в темном космосе и переливается, и сверкает. А может быть, это красный зрачок самого дьявола, взирающего на нас из тьмы мироздания? Несколько раз в сутки зрачок вспыхивает ярче обычного, будто бы узрев что-то в дальнем далеке, но потом вновь успокаивается и продолжает мерно гореть – зловеще… пугающе… вечно…

Вит. Ла-ла-ла-ла… Ла-ла… Ла-ла! Ла-ла-ла-ла… Ла-ла… Ла-ла! Не помнишь, откуда это мелодия, Лим?

Лим (сдерживая смех). Прости меня великодушно, Вит, но в твоем исполнении музыкальный отрывок не поддается идентификации.

Вит (смеясь). Я же говорю – зануда! Ну, не поддается так не поддается. Заведи музончик, Лим, будь добр.

Звучит легкая музыка.

Вит. Что у нас сегодня на завтрак, Лим?

Лим. Могу предложить гренки с сыром.

Вит. Отлично! И кофейку большую чашку! Где мы, Лим?

Лим. В системе Вольф 359. Без задержек, как ты и сказал, выруливаю на следующий старт – к Сириусу. Готовлюсь к гиперпрыжку.

Вит. Отличненько. Ого… Какой он красный. Жутковато даже.

Лим. Можем прыгать. Готов?

Вит. Готов.

Нарастает шум двигателей, который вдруг резко обрывается. Несколько секунд стоит полная тишина, потом вновь слышен шум двигателей, работающих почти на пределе. Постепенно звук снижается до привычного.

Если иллюминаторы корабля не задраены, то свет этого голубого светила ворвется в помещения космолета и наполнит ослепительной лазурью. Просветление – именно это слово приходит на ум в тот миг, когда вы окунаетесь в ослепительность Его Величества Сириуса А. Будто бы этот свет – не просто излучение, а некая духовная субстанция вроде ауры, которую вы вдруг стали способны видеть. Если ваш корабль еще приблизится к Сириусу, то вскоре начнет казаться, что вы просто утонули в голубых Небесах. И, купаясь в божественной лазури, вы даже не подозреваете, что издалека за вами наблюдает мутный – будто с бельмом – глаз Сириуса Б, незадачливого брата-близнеца голубого светила.

Лим. Торможение закончено. Можно оглядеться и… сделать остановку – гиперпрыжки истощили наши запасы. Их надо восполнить.

Вит. Ну, восполняй, я-то что? За день управишься?

Лим. Мне достаточно четырех земных часов, если найду хороший источник минералов, углеводов и воды. Последнюю я могу синтезировать из кислорода и водорода, но это очень – как ты говоришь – занудно…