Алмазная одиссея полностью

Идрис (с печалью). Много… Очень много… Но это кровная месть нащей семьи. Мы щивем ради это. И умираем.

Вит. Понятно. Но как они тебя вычислили?

Идрис. Не знаю… Но думаю, что и на транспортник они напали из-за меня. Нащу семью преследуют везде, если мы не под планетарной защита. Не думал, что даще когда я один, так будет.

Лим. Генетический код. Они вычислили генетический код вашей семьи – единственных системников, способных оказать кенурийцам сопротивление и даже заставить бежать. И теперь находят вас по коду.

Вит. Но как они делают это на таких расстояниях?

Лим. Не знаю. Мне не знакомы эти технологии. Но пора решать, что будем делать. Расстояние сокращается. По моим расчетам, через два часа сорок две минуты они нас настигнут. А на расстоянии прицельного выстрела их гиперпушек мы будем уже через… Один час пятьдесят восемь минут.

Вит (напуганно). Видишь, Идрис, сколько бед из-за тебя… Из-за мести твоей. Если бы мы не спасали тебя, то и нам бы ничего не грозило.

Идрис (жестко). Я не просил.

Лим. Вит, если бы ты знал, что после спасения Идриса за нами вдогонку бросятся кенурийцы, – оставил бы умирать?

Вит (смущенно). Не знаю. Нет, наверное.

Лим (уверенно). Я тоже так думаю. Так что будем думать не о прошлом, а о будущем.

Идрис (задумчиво). Я знаю – в теория, – как с ними бороться. Я тренировался… Но в бою не приходилось. Но могу попробовать.

Вит. А ты, Лим, представляешь, как им можно противостоять?

Лим. Нет. Случаи побегов мне известны, но причины – тайна даже для игреков. Для меня большая честь, Идрис, познакомиться с членом легендарной семьи Цикамовых.

Идрис. А для меня честь… с игреком.

Вит (ехидно). Я вам не мешаю, ребята?

Идрис (деловито). Как далеко мы от метеоритный пояс? Он тут очень мощный.

Лим. Как раз около полутора часов лета на субсветовой.

Вит. А что если нам уйти в гиперпрыжок?

Идрис. Бесполезно. Прыгнут за нами. Много раз пробовали.

Вит. И вычислят, где мы?

Идрис. Без ощипка.

Лим. Идрис, мне кажется, я понял твой замысел. Ты хочешь, чтобы я прятался от их выстрелов за метеоритами и осколками астероидов? Думаю, может получиться.

Вит. Почему?

Лим. «Фобос» – высокоманевренный корабль. Кроме того, я смогу быстрее самого быстрого компьютера вычислять возможные атаки, рассчитывать углы и выбирать укрытие. Какое-то время так продержаться можно. Так что, направляю корабль в самую гущу метеоритов?

Идрис. Да.

Лим. Вит, ты – капитан. Жду команды.

Вит (гордо). Да, сделай это, Лим.

Лим. Хорошо. У вас есть около часа, чтобы подкрепиться или отослать сообщения родным. Или помолиться.

Идрис. Да, Лим. Пощялуйста, пощли моей семье письмо. Я его надиктую.

Вит. А я приму душ и переоденусь во что-то более подходящее.

Фоб. Хочу тебе напомнить, Вит, что в гардеробе до сих пор хранится парадный китель твоего отца. Китель отглажен и почти в идеальном состоянии.

Вит. Отлично. Пусть будет китель. В нем и умереть не стыдно. Мани, ты в порядке?

Идрис. Какая Маня?

Вит. Это мой друг.

Идрис. Сколько ще человек на корабле? Я думал – только мы два.

Вит. Людей двое. Остальные – не люди. Так как ты, Мани?

Лим. Судя по энергетической активности, он так и не покидает твоего солнечного сплетения. Видимо, решил, что это самая незащищенная зона – то туда пытались проникнуть твари Пекла, то туда стреляли…

Вит (восхищенно). А я-то думаю, почему так радостно на сердце?! Обмен, видать, какой-то…

Лим (серьезно). Это и есть любовь, Вит. Идрис, я готов.

Лим. Господа, прошу приготовиться, мы на месте и, судя по всему, взяты в прицелы кенурийцев.

Вит сидит за столом в старомодном черном кителе – на левой груди серебряные аксельбанты, на правом плече – узкий серебристый погон. Пуговицы в тон аксельбантам. На манжетах – по несколько электронных пластин. С давних лет они – обязательный атрибут капитанского кителя и ранее выполняли функцию коннектора. Вит пьет кофе. Вит собран и даже сердит – под стать кителю.

Вдруг у стола появляется молодой человек. Это голографическое изображение паренька лет двенадцати. У него темные волосы, челка, несколько округлое лицо, темно-карие глаза. Одет в белый комбинезон, вокруг шеи – черный платок.

Вит (удивленно). Привет, парень. Ты кто и откуда?

Лим. Это я, Вит. Ты просил, чтобы я принял образ, который соответствует моему мироощущению. Вот он. Тебе не нравится?

Вит (радостно). Замечательно, Лим! Очень нравится. И ты как-то сделаешь, что он сможет говорить?

Голограмма начинает говорить, и кажется, что звук доносится изо рта проекции.

Евграф. Если не возражаешь, чувак, я бы хотел, чтобы ты звал меня Евграфом. Была одна чудная песенка про мальчика с таким именем. Позже включу. Если, конечно, будет кому включать и слушать.

Вит. О! Мне нравится. Только измени и голос – пусть у него будет свой.