Алмазная скрижаль. Книги 1-6 полностью

— Машину! — приказал владыка Валерий. Рассеянно раздавая благословения, он сошел с высокого крыльца и, с трудом согнувшись в широкой пояснице, поместился в подъехавший синий «Ягуар». Благословляющим жестом он отпустил водителя. За руль сел Тит.

— В Сосенцы? — переспросил Тит, заранее догадываясь об ответе. Сжигая письмо и конверт, он успел опознать печать Сосенского монастыря: восьмиконечную звезду Богородицы.

Грозный, как туча, владыка Валерий рассеянно наблюдал суету, связанную с его срочным отъездом.

Почему это случилось именно сейчас? Все, что он строил многие годы пастырского служения, к чему медленно шел, выверяя каждый шаг, грозило рухнуть и похоронить под осколками и его самого, и все то, что он готов был привнести в Церковь.

Он уже настолько известен, что любая огласка или хула на его имя разойдутся кругами, сотрясая основание великого здания.

Что делает птица перед тем, как взлететь? Машет крыльями? Ищет опору? Нет! Она становится гордой. И вот, когда он собрал для взлета все свои силы, грянуло это грозное предупреждение…

В Свято-Покровском монастыре близились торжества, посвященные прославлению старца Досифея, причисленного к лику местночтимых святых. Кульминацией и главной интригой праздника станет открытие завещания святого отшельника. Несколько месяцев назад при перестройке собора были обретены мощи Преподобного и хранящийся «под спудом» серебряный ковчег с его завещанием. В монастыре ходили упорные слухи о неком пророчестве старца, обращенном к Последним Временам. По желанию владыки, прославление старца Досифея было приурочено ко Дню города. В первый день праздника владыка благословил запуск завода «Целебный родник», совместного детища двух весьма несхожих между собою зачинателей.

Слаб человек, он придумывает правила для других и исключения для самого себя. Владыка строго относился ко всякому панибратству и никаких дел с новыми русскими не благословлял. Другое дело — Ангелина Плотникова, хозяйка «Целебного родника». Для начала она заручилась высочайшей рекомендацией, отремонтировала московскую резиденцию, закупила мебель и оборудование для церковного офиса. Решительная и цепкая Ангелина вполне может стать лидером в столь щекотливом и тонком деле, как «церковный бизнес», ибо не каждый устроитель имеет высочайшее благословение.

Духовный авторитет и значение Церкви растут, на нее делают ставку бизнесмены и политики, лично далекие от духовной жизни. Но кто из служителей веры готов осознать свою миссию? Пожалуй, лишь он один, начальник небогатой северной епархии, обладает необходимым кругозором, тактом, волей и опытом, чтобы осуществлять диалог с властью и бизнесом, используя их слабости, играя на амбициях, не сходя со строгой стези святоотеческого учения, попирая недостойные и жалкие заигрывания, смело отвечая на зовы времени.

И вдруг это нелепое, необъяснимое событие в те дни, когда не только скандал, но любая суета вокруг монастыря, любые нестороения тут же станут известны тайным соглядатаям и доносчикам. Слухи просочатся в печать и вызовут пересуды. Величавое здание покоится на прочной дисциплине, строгой иерархии и неукоснительном соблюдении корпоративной тайны, но тишина и благолепие в церковном доме часто зиждятся на зыбком цементе — слабости человеческой. Владыка, и сам мастер церковной интриги, знал, как, вынув всего один кирпичный «замок», медленно и верно осадить всю постройку. Но кто играет против него на этот раз? Кто шатает краеугольный камень? Может быть, ФСБ? С подачи спецслужб над ним однажды уже сыграли злую шутку, оказав гуманитарную помощь его епархии элитными винами и дорогим табаком. А может быть, зашевелились враждебные его начинаниям церковные кланы? Или все же соперники Плотниковой? В этом случае досадное происшествие имеет отношение не к нему и не к его духовной власти и положению, а к Ангелине и ее слишком быстро растущему влиянию среди монополистов «водяного» бизнеса.

Будучи на людях ритуально набожен и строг, владыка не верил в козни бесплотных врагов, но хорошо знал, на что способны вполне полнокровные злоумышленники.

Угнетенное настроение владыки своеобразно подействовало на Тита. Он протянул руку к кассетнику, намереваясь поставить любимый владыкой «Пинк Флойд». Во время долгих перегонов по трассе владыка любил слушать западный рок. Это была маленькая тайна большого человека, и еще сотни других вполне безобидных бытовых привязанностей и слабостей были доверены келейнику. Пустяковые мелочи, простительные любому мирянину, держались в сугубой тайне, ибо могли испортить парадный портрет владыки, известного своей строгостью и аскетизмом.