– Не то слово! А зимой в здешних лесах полно северных оленей, их сюда пригоняют из тундры ненцы, подальше от пурги и холода. Летишь, бывало, а под тобой многотысячные стада как волны разбегаются в разные стороны. Забавно!
– Прекрасные места, я люблю север.
– Да, он приковывает к себе навечно, круче, чем наручниками. У меня уже и домик с бассейном есть под Краснодаром, а я всё как пацан мотаюсь по здешним тундрам. Но, правда, на это есть ещё одна причина. И скажу по секрету: я надеюсь, это моя последняя вахта здесь.
Лётчик умолк и даже как-то виновато растянул в улыбке губы – мол, ты, Алёна Белкина, ещё сущий ребёнок, и тебе не понять мотивы взрослых. Но юная странница отвернулась от пилота и вновь перенеслась своими девичьими мыслями куда-то вдаль, прочь от незнакомого края, щетинившегося под ними мрачными елями.
Через час жужжащего полёта вертолёт закружил над пролеском посреди тайги, посреди которой возвышалось двухэтажное купольное здание с четырьмя островерхими башнями, расположенным, видимо, по сторонам света. Оно походило на резной терем из русской народной сказки, как её представляли художники в прошлом и позапрошлом веке. Лётчик уверенно облетел вокруг необычного строения, невесть как очутившегося среди дикой природы, словно прямо из книжки или фильма. На солнце среди тёмного ельника невыносимо блистала румяная чешуйчатая кровля, как будто содранная мифическим богатырём со сказочного Змея Горыныча после заветного поединка на Калиновом мосту, и теперь нещадно натянутая победителем на рёбра кровли.
– Почему так блестит крыша? Она что, из чистого золота?
Виктор Павлович улыбнулся:
– Нет, но это просто чистая медь! Думаю, не меньше ста баксов за метр. Конечно, без учёта доставки в такую глушь и работы.
– Я не разбираюсь в этом, но, думаю, хоть и супердорого, но зато так красиво!
– Не то слово, и мне легко ориентироваться в любую погоду.
Пилот умолк и сделал ещё один круг над усадьбой, словно сам хотел налюбоваться открывшимся пейзажем – делом рук человеческих.
– А что это? – Алёнка вновь указала на едва приметные строения рядом.
– Главный дом, естественно, хозяйский. Рядом гостевой дом в три этажа. Остальные постройки для обслуги, упрятаны с глаз долой. Смотри, вон там, среди деревьев. Я там живу, ещё охрана, повара и все-все.
– Понятно, а вы когда-нибудь в сами хоромы заходили? Какое-то таинственное здание.
– Да, я нередко посещаю сей, так сказать, чертог. Как-то ужинал с Василием Прокофьевичем в гостиной. Внутри очень того… оригинально, прямо как в художественном музее.
– Интересно.
– Да, вас ждёт много любопытного. Хозяин, думаю, заготовил всякие сюрпризы и подарки. Хотя последние время всё сильно поменялось, объявился какой-то мракобес или мошенник. Ну, сами скоро всё узнаете и поймёте…
Вертолёт наконец-то вновь коснулся травы, и лопасти, закончив свой бег по кругу, устало пригнулись к земле, словно ветки плакучей ивы.
– Ну вот и всё! Полет прошёл нормально? Понравилось?
– Да, словно часовая экскурсия. Правда, смотреть нечего, кроме тайги, ручьёв и болот.
– Да в здешних краях тундра встречается с лесом. Ничего, скоро привыкните к здешним, так сказать, красотам.
– Не хочу привыкать, я тут буду всего-то пару дней и, надеюсь, вы меня доставите в целостности и сохранности обратно в Мезень, а там и Архангельск недалеко.
– Конечно, не тревожьтесь. Отработаем, и все на покой.
Со стороны дворца к вертолёту приближалась знакомая фигура женщины с яркими белыми волосами. Авиатор, засмущавшись, поправил галстук и заулыбался. Вскоре в кабину заглянула красотка с правильными чертами лица и ярко-голубыми глазами.
– Привет, малышка, выходи. Вот мы снова свиделись, не ожидала меня здесь увидеть?
– Здравствуйте, вы же Снежана?
– Конечно, Снежана.
– О, как снег на голову, мы ведь два года с вами не виделись.
– От такого босса, как Сергей Геннадьевич, помощники просто так не уходят.
– Снежана Викторовна, вашу гостью доставил в целостности и сохранности.
– Вижу, Виктор Павлович, вы в этот раз быстро вернулись.
Девочка выбралась из прозрачной кабины и, размяв ноги, запрыгала. – Ура-ура-ура! Я на месте!
Снежана, отвернулась от пилота и вдруг сбросила маску бизнес-леди, и по-матерински, улыбнулась, и принялась оценивающе рассматривать Белкину:
– Девчонка! Как была малолеткой, так и осталась! Хотя ты подросла, Алёна. Тебе уже сколько стукнуло – шестнадцать, семнадцать?
– Уже шестнадцать.
– Скоро выйдешь на тропу амазонок! Ну тогда берегитесь, мужики! Завидую тебе белой завистью. Эх, где мои шестнадцать лет! Ну да ладно!
Снежана обняла Алёну и сказала ей на ухо:
– Поздравляю, тебя, как настоящую звезду, велено поселить вместе с ВИП-гостями в центральном усадебном доме.
– А разве вы не будете рядом?
– Нет, я живу в корпусе для персонала. Имей в виду, здесь собрался очень странный народ. Я, конечно, не очень в курсе, для чего тебя из дома вытащил Бугрин. Надеюсь, не для извращений.
– Вы что такое говорите?
– Шучу-шучу. Так вот, пойдёмте, я вам поведаю, кто есть кто в этом северном парадизе, так сказать.
Снежана повернулась к пилоту:
