Сдавать оружие никто не собирался, мало того, смокинги получили подкрепление. Из VIP-кабинок появились люди с разномастным оружием, среди которого я углядел недоброй памяти панасониковский метатель и понял, что МУР точил зубы на «Кучу» совсем не зря. Дело серьезное…
Я подхватил Соколова под мышки и поволок, стараясь пригибаться как можно ниже. По пути я наткнулся на пискнувшую чернокожую шлюху, пнул ее ногой в зад. По счастью, служебный вход никто не запер, и я кинулся туда.
Естественно, все здание оцеплено. Но в любом клубе, тем более таком одиозном, существуют тысячи способов выбраться незамеченным. Именно таким путем пытался покинуть «Змеиную кучу» давешний официант-пед, бежевый узкий зад которого торчал из жерла пищедоставки. Все просто – в метре или двух жерло имеет ответвление, по которому можно выползти наружу. Старо как мир, но срабатывает.
Я не стал тащить официанта назад, потому что вобла мне понравилась, а дождался, пока он уползет внутрь окончательно, и только потом полез сам. Внутри пахло жареным мясом со специями. Я на ощупь нашел ответвление и пополз туда, таща Соколова. Тяжеловат журналюга… Теленок-мутант, это надо же! Невидаль нашли. Вот нормальный теленок – это интересно, это мало кто видел. Что ж там за мутант такой, если аж в Курск поперлись репортаж делать? Надо спросить потом…
С этими мыслями я и выволок Соколова на плоскую крышу клуба. Официант растерянно метался между параболических антенн, явно не зная, что делать.
– Куда теперь? – спросил я, переводя дух.
– Лесенка… Лесенка тут где-то должна быть… – лепетал официант, будучи близок к истерике.
Я уложил Соколова в тени одной из антенн, здраво рассудив, что здесь он в полной безопасности. Официант бегал вокруг, причитая.
– Нашел лесенку?
– Нету! Нету! – восклицал он.
– Хорошо. Вон крыша соседняя, прыгаем туда.
– Далеко! – испугался пед.
– Как хочешь. Да, кстати, кто там войну устроил? Эти, в смокингах?
– Не знаю, – честно глядя мне в глаза, сказал официант. – Приличные господа, сидели кушали…
– А в кабинках?
– В кабинках киберы. Я их не знаю никого. Не люблю этих…
Судя по всему, пед не врал. А если и врал, то лишь самую малость. Потому что среди людей, выбежавших из кабинок, я заметил Лота.
Но раздумывать об этом не было времени. Разбежавшись, я оттолкнулся от края крыши своим «красным треугольником» и перемахнул трехметровый проем. Приземлился я тоже удачно, лишь чуть-чуть стукнувшись коленом об акриловый блок крыши.
На этом мое везение кончилось, потому что из-за вентиляционного колпака выдвинулись двое спецназовцев с автоматами, а третий появился откуда-то слева и приставил к моей шее шокер.
– Ну что, сука? – ласково спросил он. – Допрыгался?
Когда в моей квартире заверещал вызов видеофона, я не ринулся к нему сломя голову, как делал это раньше. Раньше звонок мог принести что-нибудь интересное, приятное. Впрочем, интересное и сейчас может поступить, но вот приятное… Вряд
ли.
Вариантов было несколько. Это мог быть Тройка с его дурацкими затеями. Это могла быть секретарша моего домовладельца с уведомлением о повышении квартирной платы. Это мог быть мой шеф со своими претензиями. Ни с одним из вышеперечисленных типов я разговаривать не собирался. Не хотел. Мартина и Тройку я оставил вместе с Болтуном на Тройкиной квартире. Сам же я теперь планировать спокойно пораскинуть мозгами и решить, как мне выбраться из всей этой ситуации.
Я протянул руку к трубке, видеотерминал на аппарате был отключен по причине моей стойкой привычки отвечать на звонки во внешне непотребном виде. Да и вообще, телефон – это уголок государства в твоем доме. Я уже смирился с тем, что государство прослушивает мою квартиру, но чтобы государство еще и подглядывало…
Видеофон упорно оглашал квартиру противным пищанием.
Можно поднять трубку и сказать, что ошиблись номером… Бред, конечно, кто сейчас ошибается номером?!
Я подумал, что я последний на планете страус. Прячу голову в песок. Наружу только задница… В которую с размаху лупит ботинком видеофон. Дьявол! Я развернулся и схватил трубку.
– ДА! – Я вложил в это слово всю гамму эмоций.
– Артем Викторович? – спросил хорошо поставленный мужской голос.
– Да. – Голос был мне знаком. Такой знакомый… Внутри все оборвалось, я вспомнил, где я мог его слышать.
– Это Стройгуев. Владимир Федорович. – Голос начальника отдела безопасности Министерства иностранных дел звучал, как всегда, вежливо и лучился позитивной эмоциональной волной.
– Я вас слушаю…
«Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый…» – вспомнилось мне.
– Хм… – раздался в трубке профессиональный хмык. – Это, наверное, мне вас надо послушать. У вас все в порядке? Вы нездоровы?
– Я здоров…
Господи, зачем я это сказал? Соврал бы что-нибудь…
– Как там компьютерная индустрия поживает? – Это, видимо, должно было означать шутку.
– Как обычно… Без изменений…
