– Слушай, Вить, зачем ты убил этого адвоката? Так и не узнали, где бриллианты. Какой у тебя план? Нас всех ищут сейчас. Мы с тобой тоже теперь соучастники, – проворчал рыжий.
– Парни, я смотрю, у кого-то коленки затряслись? Вы хотите свои деньги получить или нет? – ехидно поинтересовался Заболоцкий.
– Да, хотим, только…
– Мы сейчас поедем в дом Абрамовых искать документы, чтобы узнать, где этот ключ и в каком банке эта ячейка. Этот проклятый адвокатишка унес тайну в могилу.
Лилия подумала, что они и сами с Женей обыскивали дом, и она одна этим занималась, и даже полицейские принимали участие и перерыли все документы. И вообще, может быть, ключ – это просто ключ, и к бриллиантам он никакого отношения не имеет. Только вот говорить об этом не стала. Она помнила, что ее могут отследить. А Женька – она верткая, она обязательно должна выбраться из ловушки и добраться до полиции. Ее найдут и спасут, точно. Главное сейчас – остаться в живых. А значит… хочет Витенька устраивать обыск в ее доме – пусть устраивает. Все равно, как только вступит в права наследования, Лилия его продаст. И купит себе… да хоть квартиру. Зачем ей одной огромный особняк?
– Лиля, ты же не против? Ты же видела завещание. Или нет? Я видел, – говорил Виктор. – Там написано, что ты наследуешь все содержимое в сейфе, в том числе и ключ от банковской ячейки. Думаешь, Пашка стал бы этот ключ специально указывать в завещании? Если в нем нет ничего важного? Значит, ключик этот и даст нам доступ к бриллиантам. Дело за малым – получить ключ и выяснить, где именно эта ячейка находится.
– Слушай, шеф, – не успокаивался рыжий, – ты нам платишь или мы сваливаем, дальше уже не наша история, не наши проблемы. И без того хватает всякой ерунды. А если бы эти, на посту, решили стрелять? Лишние дырки мне как-то не особо нужны.
– Типа того, – согласился блондин. – Мы договаривались девку задержать да чем сможем помочь, а не воевать с адвокатами и ментами. Чем смогли, помогли.
– Считайте, что аванс, который я вам заплатил, это ваша сверхпремия за плохо выполненную работу. Перерасчет я вам делать не собираюсь, так что вы в плюсе. Пока! – Витя остановил машину. – Выходите.
Парни молча вышли. Куда лучше, чем еще какое-то время провести с психически больным человеком с оружием. Насколько поняла Лилия, они пришли именно к этому выводу.
– Мне плохо, хочется есть и пить, голова болит.
– Мне тоже плохо, любимая.
Лилия поняла, что Виктор уже не оценивает обстановку адекватно, адреналин ему застилал глаза. Пистолет у него всегда при себе. Периодически он проверял, на месте ли он. То, что он стреляет не холостыми, Лилия уже убедилась. Вадим Петрович был убит на ее глазах. Еще одна бессмысленная смерть… Как же она ошибалась насчет Виктора. Такой уровень эмпатии, точнее его отсутствие, свойственен психопатам. Сейчас это отчетливо видно.
– Куда мы едем? – обратилась Лилия к Виктору.
– Я же тебе сказал, в ваше поместье.
– Но я тебе тоже уже говорила, Вить, там нет ничего!
– Не ври мне! Он где-то спрятал их! А может, это не ячейка, а ловушка, а бриллианты спрятаны где-то в доме! Мы с тобой их найдем и уедем навсегда!
Лилия в слезах призвала Виктора к остаткам здравого смысла:
– У нас в доме оперативники, которые обеспечивают безопасность, у тебя ничего не получится!
– Заткнись, не зли лучше меня!
Да, этот человек уже не тот, кем был десять лет назад. Лилия видела совсем другого Виктора – жестокого, беспощадного убийцу, его мотивы были понятны ей. Но причины его действий только доказывали, что этот человек слабый, он сдался, он сломался. Не смог пережить так успешно сложившуюся жизнь лучшего друга.
Они срезали какую-то часть дороги через лесополосу, где не было постов ДПС, и им удалось проехать незамеченными. Виктор, по всей видимости, подстраховался, с самого начала предполагая, что придется ехать в дом Лилии. И на всякий случай он подготовил другую, менее заметную машину. В которую он и впихнул Лилию. Невзрачная «десятка» пыльно-серого цвета. «Теперь он будет соблюдать скоростной режим, и нас так просто не найдут, – подумала женщина. – Тем более ребята на том посту, если правда живы остались, расскажут и про черный „Гелендваген“, и про пару качков на заднем сиденье. А тут… серая отечественная машина – и мы вдвоем».
Сам Виктор уселся на водительское сиденье, и они снова поехали. Он явно нервничал – Лиля это прекрасно видела. И даже догадывалась почему.
Парни, которых он отпустил, могли сдать его. Это он еще не знал, что на всех них уже есть ориентировки по городу.
– Ты совершаешь самую большую ошибку в своей жизни, Витя, остановись! – Лилия предприняла попытку воззвать не то что к совести, но к памяти о Паше. – Ты помнишь, как вы дружили, Витя, вы же были так близки, вы могли часами разговаривать! Остановись на секунду, вспомни, как нам троим было хорошо! Ты же был счастлив! Нам было всегда интересно, наши мечты о лучшей жизни…
