- Пораню? Да что мне до этого? Что может повредить мертвой женщине? прокричала вошедшая в роль Лильяс. - Ты хочешь увидеть кровоточащую рану, Махкра? Взгляни на мое сердце! - она разорвала на груди одежду, однако то, что при этом обнажилось, было все-таки не сердцем.
- О, мой Боже, - произнес Кьюрик, уставившись на обнажившиеся прелести Лильяс. Воррен смотрел куда-то в сторону, пряча улыбку, однако Сефрения смотрела на Спархока укоризненно.
- О, Господи! - простонал Спархок, спрыгивая с седла. - Лильяс! резко сказал он ей. - Прикройся. Подумай о соседях и о детях, которые могут увидеть тебя.
- Какое мне до них дело? Пусть себе смотрят! - прокричала Лильяс, выпрямляясь и потрясая полными грудями. - Что значит стыд для женщины, чье сердце мертво?
Спархок подошел к ней и заговорил тихим голосом сквозь стиснутые зубы:
- Твоя грудь прекрасна, Лильяс, но я сомневаюсь, что ты удивишь кого-нибудь из здешних мужчин их видом. Ты действительно собираешься продолжать все это?
Лильяс как-будто выглядела уже не так уверена, но приводить в порядок одежду пока не торопилась.
- Ну что ж, поступай как знаешь, - пожал плечами Спархок, потом заговорил громче, так чтобы слышали зрители, безмолвно затаившиеся за своими окнами: - Твое сердце не мертво, Лильяс, и я думаю, до этого далеко. Что ты скажешь насчет булочника Горджиаса и Нендана-колбасника? спросил он, выбирая имена наугад.
С побелевшим лицом Лильяс отпрянула назад, прикрывая пышную грудь.
- Ты знаешь? - испуганно пробормотала она.
То, что он так просто попал в цель, несколько расстроило Спархока, но он не подал вида.
- Еще бы, - возгласил он, все еще играя на слушателей, - но я прощаю тебя! Ты женщина, Лильяс, но это не означает, что ты должна быть одна. Он аккуратно прикрыл ее голову капюшоном. - Ну как, все в порядке? - мягко спросил он.
- Все прошло, - прошептала Лильяс.
- Ну, вот и хорошо. Мы со всем разобрались?
- Не совсем, все это нужно как-то завершить, понимаешь?
Спархок с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться.
- Это серьезно, Махкра. От этого зависит, как будут относиться ко мне соседи.
- Предоставь это мне, - прошептал он. - Ты изменяла мне, Лильяс, провозгласил Спархок, обращаясь к подслушивающим их в окнах соседям, - но я прощаю тебя, потому что меня не было рядом, чтобы тебя остановить, и вина за твое падение лежит на мне.
Лильяс с минуту подумала, потом рухнула в его объятия и зарыдала, пряча лицо у него на груди.
- Это все из-за того, что я лишилась тебя, мой Махкра! Я поддалась искушению. Ведь я всего лишь бедная темная женщина - раба своих страстей. Сможешь ли ты и правда когда-нибудь простить меня?
- Что же здесь прощать, моя Лильяс? - важно спросил Спархок. - Ты как земля, как море: отдавать - это часть твоей натуры.
Лильяс отшатнулась от него.
- Бей меня! - потребовала она. - Я заслуживаю сурового наказания. Огромные слезы, насколько понял Спархок, действительно настоящие, показались в ее блестящих черных глазах.
- О, нет! - воскликнул он, зная, куда это все может завести. Никаких побоев, Лильяс. Только это, - и Спархок целомудренно поцеловал ее. - Будь благоразумна, Лильяс, - пробормотал он, быстро отходя от Лильяс, пока она не успела обхватить его руками за шею. Он знал, как сильны могут быть эти руки. - А теперь, хотя это разрывает мне сердце, я должен покинуть тебя снова, - с этими словами он вернул покрывало на ее лицо. Вспоминай обо мне иногда, пока я буду скитаться в поисках своего жребия, который готовит мне судьба, - Спархок почувствовал, что входит в роль, и с трудом поборол импульсивное желание положить руку на сердце.
- Я знала это! - вскричала Лильяс. - Я знала, что ты человек великих дел! Я пронесу нашу любовь в своем сердце сквозь вечность, о мой Махкра, и останусь предана тебе до могилы! А если ты сумеешь сохранить жизнь среди опасностей, возвращайся ко мне. А если нет - пришли мне свою тень в моих снах, - она распростерла руки для объятия, но Спархок уклонился и, драматично запахнувшись в плащ, вскочил в седло.
- Прощай, моя Лильяс! - воскликнул он, натягивая поводья Фарэна, так чтобы он поднялся на дыбы, загребая воздух вскинутыми ногами. - Если мы не встретимся снова в этом мире, быть может Бог дарует нам встречу в другом, - он пришпорил Фарэна и тот ударился в галоп.
- Ты что, проделал все это намеренно? - спросила Сефрения, когда они спешились во дворе береговой таверны.
