– В любом случае господин Соколов сопротивлялся до последнего. Все его тело в синяках, и под ногтями нашли следы ДНК обоих нападавших.
– Что с ними будет?
– Мы передали их немецким коллегам.
– Вы уже выяснили, на кого они работали?
– Мы исходим из конкретного предположения. Большего я вам на стадии следствия сообщить не могу.
– На некоего Монтгомери?
Полицейский промолчал.
– А полиция в курсе, на кого работает Монтгомери?
Полицейский встал и протянул Альмену свою карточку:
– Если вы еще что-нибудь вспомните, пожалуйста, не забудьте позвонить.
В остальном дни тянулись спокойно и ничем знаменательным не запомнились. «Дело о розовом бриллианте» перекочевало в архив фирмы «Международные расследования Альмена». Свой творческий потенциал Альмен снова оттачивал, имитируя платежеспособность, а Карлоса больше беспокоило то, что он в свое время перешел на полставки в фирму «K, C, L&D Treuhand»[58]. Впрочем, его тревоги искусно развеивала оптимистка от природы, всегда жизнерадостная Мария Морено.
С тех пор как благодаря премии за успешное завершение дела о чаше со стрекозами Карлос стал обладателем небольшого капитала, он начал интересоваться экономическими темами. И вот как-то вечером в экономическом разделе брошенной Альменом еженедельной газеты он наткнулся на следующее объявление:
Английский страховой фонд «Hedge&Win» подозревается в краже HFT-программного обеспечения, которое было изъято у бывшего сотрудника инвестиционного банка «Брукфилд Клейн» при задержании в международном аэропорту Бостона. Во всяком случае такой вывод можно сделать из промежуточного доклада прокуратуры Нью-Йорка, которая в настоящее время ведет расследование данного дела.
Названная компьютерная программа стала итогом многолетнего труда программистов. Банк использовал ее для обработки высокочастотных биржевых сделок. Установлено, что подозреваемый, канадец Пол Ла Рут, в прошлом сотрудник инвестиционного банка «Брукфилд Клейн», специализировавшийся на высокочастотной торговле, в течение нескольких месяцев до своего ареста поддерживал интенсивные контакты со страховым фондом.
Пол Ла Рут? Это имя ему уже где-то встречалось. Вечерняя темень теперь наступала рано, месяц обновился и светил слабо, так что Карлос мог подняться к каминной трубе, не опасаясь, что его заметят. Погода стояла по-прежнему теплая и безветренная. Вилла была погружена во тьму. Через окна было видно лишь слабое свечение и мигание конторской электроники. Большая стеклянная крыша библиотеки была слабо освещена. Из крыла доносились звуки ноктюрна – Альмен понемножку осваивал новое произведение.
Карлос осторожно выудил ноутбук из каминной трубы и спустился через свое окно в мансарде. Среди почты нашлось тринадцать сообщений, где «Ла Рут» фигурировал либо как отправитель, либо как получатель. В первом письме он писал: «Hi, Артем, back in NYC[59], все еще не могу избавиться от похмелья, тем не менее я достаточно трезв, чтобы заверить тебя: о проекте Вивид П. я говорил со всей серьезностью. Надеюсь, что и ты отнесся к нему так же. Cheers![60] Пол».
Ответ был отправлен в тот же день: «Hi Пол, let’s go then![61] Артем».
Ла Рут в ответ пишет: «Great! Я с тобой свяжусь. Пол».
Десять дней тишины, и поступает очередное сообщение. В нем ссылка на некий сервер и сведения: пользователь: artjom, пароль: vividp33. Ниже краткий текст с инструкцией, где сказано, что файл нужно скачать до 5 часов пополудни по нью-йоркскому времени, записать на флешку и сразу после этого удалить с жесткого диска. Он сам, то есть Ла Рут, тоже удалит его с сервера.
В 10.32 по швейцарскому времени Соколов отправляет подтверждение: «Copied and deleted. Скопировал и удалил».
Минуту спустя Ла Рут подтверждает:
Через несколько дней Соколов пишет Ла Руту: «Х очень заинтересовался! Переговорить с ним?»
Ла Рут отвечает: «Переговорить».
Далее целых пять сообщений на эту тему: В первом уведомление о переводе денег: «Тебе причитается – «your share of the advance payment»[62] – аванс – 200 000 долларов». И просьба сообщить реквизиты банковского счета.
Спустя час Соколов шлет свои банковские реквизиты.
