– Она учила меня. Кое-что рассказывала, являясь ко мне во снах, но в основном по книгам. У нее было много книг, я все забрал себе. Я был нерадивым учеником ровно до тех пор, пока не подслушал разговор твоей матери и моего отца. Она хотела, чтобы все досталось законному наследнику, а не бастарду. Нет, мне тоже должны были перепасть какие-то крохи, но львиная доля предназначалась тебе, брат. Обидно, правда? Обидно и несправедливо! Я был вынужден защищаться…
Странная болезнь мамы, странные слова Лешака, тревога и неверие в глазах отца…
– Это ты? – Я тоже отказывался верить.
– Я. – Игнат кивнул. – Травы бывают разные, некоторые из них очень ядовиты.
– Она умирала в муках! – Перед моими глазами поплыл кровавый туман.
– Да, я был нерадивым учеником и плохим сыном. Сейчас я бы мог подарить ей легкую смерть. В конце концов, она меня вырастила, я ценю это.
– Она была твоей матерью!
– Нет, она была ТВОЕЙ матерью! – Игнат отмахнулся от моих слов с небрежной легкостью. – Моя мать лежит здесь. – Он посмотрел в сторону скрытой елями могилы. – И я – ее примерный сын! Смотри! – Он дернул ворот рубахи, и под его левой ключицей я увидел родимое пятно в виде листа клевера. Ведьмовской знак… – Я набираюсь сил, оно темнеет. Это неизбежно, я знаю. У каждого свой путь, мы его не выбираем.
– Врешь! – закричал я. – Ты мог отказаться, пойти другим путем!
– Я пытался. Когда эта женщина, твоя мать, умерла, я решил, что с меня достаточно, но она сама виновата. Зачем она вырвала у отца ту клятву?!
– Какую клятву?
– А ты не только наивен, но еще и глуп, Андрей. Ты же сам мне о ней рассказал. В ночном, помнишь? Я сразу понял, о чем она просила перед смертью. Именно ее алчность вложила в мои руки орудие мести.
– Не было никакой утопленницы. – Я прикрыл глаза, вспоминая ту страшную ночь. – Это ведь ты пытался меня утопить!
– Я. – На лице Игната промелькнуло и тут же исчезло не то сожаление, не то раскаяние. – Но Степка тебя спас, и, знаешь, я даже обрадовался, что не стал братоубийцей.
Он говорил страшные вещи, но поверить в них было еще страшнее.
– Я хотел лишь справедливости. – Голос Игната упал до шепота. – Мы же братья, а раз так, все у нас должно быть поровну, по справедливости, но отец позвал к себе нотариуса, и я понял, что по справедливости ждать нечего.
– Волчья яма…
