… Не зная, с чего начинать юноша стоял в гостиной перед довольно интересно одетой женщиной, на вид которой, не дашь и тридцати.
Ухоженные тёмные волосы, собранные в прихотливую, но аккуратную прическу. Внимательные глаза, выразительное и спокойное лицо. Все это было обрамлено домашним платьем тёмного тона, удобным, но не вычурным, поверх которого накинута такая же мантия.
Женщину освещали украшения, составляющие, по-видимому, гарнитур: небольшой кулон с голубоватым алмазом (или светлым сапфиром), алмазные, такого же цвета серьги, подсвеченные несколькими мелкими сапфирами и кольцо, с таким же камнем как на кулоне. Все было собрано и оформлено в прихотливую, но неброскую оправу.
… Мама! — Регулуса захватила волна чувств. Волнение переполняло, грело сердце, давило слезами, не оставляя на его лице даже тени эмоций.
В гостиную зашёл похожий на него мужчина. Строгий костюм из тончайшей шерсти темно-серого цвета, лиловый платок в нагрудном кармане, ослепительно-белая рубашка затянута, такого же, лилового цвета, галстуком. На плечи накинута судейская, вероятно, мантия. Чуть тронутые сединой волосы и внимательные глаза.
Отец!..
Вошедший окинул внимательным взглядом юношу.
— Я получил весьма странное послание, Регулус, — осторожно поинтересовался он, немного показав зажатый в руке пергамент.- То, что здесь написано — правда?
— То, что я потерял память — да, я ничего не помню. Меня любезно просветил в некоторые подробности перфект школы.
— Это ужасно! Мой дорогой…- женщина по-настоящему за него переживала.
— Все это странно, сейчас тем более, — проворчал себе под нос мужчина.- Тебе оказали помощь?
— На Факультете не принято выносить неприятности на обозрение, вы же знаете, — Регулус воспользовался первым правилом, чем был немного смущен.
— Ты прав, Рег. Но ты уже дома и тебе нужна помощь. Ты можешь нам довериться, сынок.- женщина подсознательно чувствовала его настроение, ту бурю, что бушевала в его душе… Те мысли, которые его больше всего волновали. Он расплакался. Отчаянно. Сильно и горько. Как никогда в жизни. Ни в этой, ни в прошлой.
Глотая слёзы, сбивчиво начал вываливать накопившиеся проблемы. Чего только не было в его короткой, тусклой жизни. Обида сдавливала горло, слёзы застилали глаза…
Magia capitis…
Что есть магия?
Отличие?
Непривычный взгляд на обыденность?
Или ненормальность?
Что же есть норма? Привычный взгляд на устои, где нет возможности дать шанса чуду? Где все зашорено банальными догмами, верой в авторитеты, стабильностью логики?..
Думаете магия — болезнь?
Что же, если вы ничего не видите, это норма? Не слышите? Или не ощущаете?..
Кто же тогда является здоровым? Вы??! Только потому, что видите, слышите и чувствуете?
Я вас разочарую: вы неизлечимо больны. И болезнь эта смертельна, заразна, ей нет лечения, от неё не придумали вакцины. Такие как вы, и называют её НОРМОЙ.
Вы не способны дать ни малейшего шанса для ростка чуда в своей жизни. Стенаете. Грозитесь карами. Но для магии вы давно умерли.
Возрадуйтесь же! Вы проживете самую обычную, неволшебную жизнь… В ней магия затронет вас лишь краем. И вы это сразу увидите. Поймёте. Начнете бояться.
Как же так можно!..
Ведь по миру шляется куча маньяков, сумасшедших и просто ненормальных!
Шизофреников…
Даунов…
Аутистов…
А вы не думали, что так они выглядят только с вашего, «нормального», взгляда? Не задумывались о том, как с их стороны выглядите вы?
Уморительное, я вам скажу, зрелище! Ну, представьте себе кусок мяса с выросшим из него яблоком сиреневого цвета, который, в придачу, и визжит что-то в ультразвуковом диапазоне. Представили? Нет… это только ваша собачка! Вас вообще описывать не буду, а то, боюсь, вы эту картину не выдержите! Вот и попробуйте каждый раз подобное представить. Как??! Зачем вам это? Наверное, чтоб понять, что в мире нет единого понятия нормы.
Или, что вашу нормальность надо просто не выпячивать. Ведь в жизни каждого есть момент, когда вся надежда
только на чудо…
Но его не случается…
Ведь чудо живёт в голове у каждого…
Не все это видят.
Но тот, кто с этим живёт, познает воистину немыслимую магию!..
Domum meam is fortitudinem meam…
… Ночь, как опытный убийца, подкралась незаметно. День умер.
Регулус уже давно поднялся в свою комнату. Сириус уже давно не появлялся дома…
— Ты заметила, как изменился наш сын?
— Ты думаешь, что все пятнадцать лет жизни рядом с ним была не я? Заметила!
— И?.. Что думаешь об этом?
— Это наш шанс, дорогой. Так долго не было приступов паники и неконтролируемой самоагрессии! Быть может, я сильно радуюсь и выдаю видимое за желаемое?
— Нет, ты права. Это уже другой наш сын. Как думаешь: надолго?
— Дай, Предвечная, навсегда!
— Будем надеяться, что рецидива не случится… Что же поменялось?..
— Не важно! Пусть он не расскажет, но он по-прежнему наш сын!
— Подумать только, что можно изменить одним простым ударом…
—Ты…
— Нет! Не думай плохо! Я о другом нашем сыне. Ему это так же не помешало…
— Все шутишь, Орион!
— Все блещешь, Вальпурга?
— Паяц! Клоун!
— Ты так меня любишь?
— Ты это знаешь…
— Иначе не был бы твоим мужем.
— Будь же серьезнее, хоть на гран!
—Я весь во внимании.
