— Можешь и не пытаться, твои и чары на меня не подействуют.
— Я вовсе и не пыталась…
— Да ладно! Ты единственная, кто попал сюда без усилий и желания. — Он криво улыбнулся, — тебя даже пришлось уговаривать.
Азия просто не знала, что ответить:
— Шарон, выслушай меня, прежде чем судить, — Азия понимала, что наивные глазки его скорее отвернут от неё, но не могла ничего с собой поделать.
— Разговор окончен. Ты никогда и ничего не добивалась своими усилиями. Ты привыкла жить за счёт других…
Азии было тяжело это слышать. Не столько потому, что это были обидные слова, сколько она не могла никак это опровергнуть, ничего сказать в ответ. Азия чуть не заплакала, от этих слов ей пришлось сдерживаться.
— Я же не виновата, что мне всего шестнадцать лет. И…
Дальше оправдываться было тяжело. Азия хотела уйти.
— Да, и вот таким образом, ты ещё и здесь очутилась. Тебе просто везёт. — "И понятно, почему Сантана тебя так защищает, вас неоднократно видели целующимися". — Подумал Шарон.
— Но ведь здесь не запрещено целоваться, — возмутилась обиженная девочка.
— Азия, ты не контролируешь собственные способности. Я ведь ничего не сказал об этом случае. Просто я о нём вспомнил. А ты мне ответила вслух. Люди часто говорят одно, а думаю о другом. Если ты хочешь, чтоб никто не понимал, что ты видишь их мысли. Не отвечай на них вслух.
— Извини. Я просто не поняла, как это произошло. Я не контролировала свои слова.
— Просто в следующий раз не озвучивай того, что ты понимаешь. Я вижу, Сантана постаралась, она научила тебя всему тому, что умеет сама.
Поднялся ветер, он раздувал их одежды, особенно воротник Азии, не давая ей нормально говорить. Азия ничего не успела сделать, как её ударило током. Светлые волосы стали дыбом. И она уже не могла поправлять причёску, волосы не слушались. Азия распустила хвостик.
"Не думала, что здесь всё будет таким реальным. Я нахожусь в астрале, а всё равно должна следить за своими волосами".
Азия не верила себе от счастья, электрические молнии словно окутывали её астральное тело. Все старания и попытки оказались не безрезультатны.
Девочка ещё несколько раз это отрепетировала, пока не вышла из астрала.
Сверкающая молния была где-то близко. Была, словно внутри и пыталась вырваться наружу. Девочка привыкала терпеть боль. Кроме того, это была боль, смешанная с чувством удовольствия.
Теперь если кого-то где-то без причины бил ток — все понимали, кто в этом виноват. Единственный электраэтернал. Даже если Азия со скучающим видом смотрела в окно. Но сейчас она может контролировать всё, что происходит.
Азия наконец-то почувствовала облегчение, пусть она наркотически зависима и неспособна даже спать. Зато у неё есть скрытое оружие. Азия теперь почувствовала, как её астральное тело наполняется жидким электричеством.
"Это интересно", — думала, улыбаясь, девочка. Теперь молния будет бить там, где ей надо.
"Серебряная смазка не наркотик, кроме привыкания нет никаких противопоказаний", — звучал в её голове успокаивающий голос Рона.
Кроме угрызений совести за то, что Азия так просто согласилась принимать самый тяжёлый наркотик из существующих — серебряную смазку, больше ничего не тревожило. Она прекрасно себя чувствовала. Полностью контролировала всё происходящее. Видела скрытый смысл в глазах и словах собеседников. И чувствовала себя сверхоружием.
Если бы ещё не Шарон, который не упускал возможности унизить или обидеть бедную девочку.
Азии даже нравилось снова ходить в джинсах и блузочке с открытыми плечами. А ещё она, как и прежде, собирала волосы в хвостик. Это придавало ей девственной наивности. Особенно густые длинные слегка закрученные ресницы. Но все эти атрибуты в сочетании со способностью электраэтернала поднимали её на новую ступень. Но для Шарона она была безнадёжной и двуличной. Её такую не исправит даже Ксива и Матра.
Шарон часто говорил с мастером Роном на эту тему.
— Разве ты не видишь, она тобой пользуется.
— Почему ты так считаешь, — не возмутился Рон.
— Я понимаю, на старости лет захотелось девочку помоложе, но разве это не опасно? Твоя Айри или Азия — куда более непредсказуема, чем хотелось бы. Она опасна…
— Ты её боишься, — подколол его Рон.
— Пока только она боится меня. Потому как избегает, — Шарон был прав. Азия просто не могла выносить постоянных подколок со стороны грозного качка. Старалась промолчать или избежать встречи с ним. А использовать против него электричество было страшно, так как он мог не задумываясь ответить ожогом, — я говорю о перспективе, — Шарон продолжал, — она неадекватна, непредсказуема и амбициозна, поэтому опасна. Из подобных людей могут вырасти диктаторы и тираны, а мы делимся знаниями Эры Разума — это сильное оружие.
— Позволь мне быть службой безопасности. Если бы я отсеивал опасных, — стал суровей Рон, — ты бы никогда не оказался в стенах Ксивы и Матры.
— Я был самым лучшим и самым сильным. Настанет день, когда я буду самым сильным воином. И смогу бросить вызов даже Вам.