Нетрудно видеть, что бурханизм вновь «замкнулся» на древнейшие верования: полнолуние, жертва, хозяин горы…
Каждый день бурханиста начинался с ритуального омовения (чего никогда не было в шаманизме). Перед каждой юртой стояли столбики-тагылы для сжигания арчина. Здесь же — высокий шест, увенчанный полумесяцем, деревянным шариком-очиром, фигурой птицы. Полумесяц и шарик заимствованы из монгольского ламаизма, где подобные изображения венчают субурган. Деревянные фигуры птиц издавна использовались алтайскими шаманами. Точно так же, как сторонники «белой веры», шаманисты всегда украшали цветными ленточками березки возле жилищ. Береза осталась священным деревом и в бурханизме. (Вспомним представления алтайцев-шаманистов о рождении человека деревом.) Об этом говорят бурханистские песни:
Ты, имеющий отцом — дракона,
Имеющий матерью — наплыв на березе
Калдан-Ойрот…
Об этом же персонаже говорится в другой песне:
Пышная береза, украшенная сотнею лент,
Есть его коновязь.
Сохранились в бурханизме и древние представления о горе-матери, священных кукушках:
Со знаком величия на голове
Серебряная кукушка закукует.
С яркими, как четыре солнечных дня, пуговицами
Дёрбён-Ойрот придет.
Удоя берестяное ведро полно.
Думы грудь полна.
Берестяная люлька качается…
Подвергся изменениям интерьер юрты бурханиста. К традиционным святыням (шкурка зайца, ленты) прибавились новые. Справа у входа, за очагом и у задней стены юрты устанавливались тагылы для сжигания арчина. Богатые бурханисты имели в своих жилищах целые алтари наподобие буддийских. Это были специальные столики, на которых выстраивались в ряд медные светильники, буддийские иконы и статуэтки, колокольчики, купленные у лам. Сюда же ставились вырезанные из сыра фигурки лошади или барана (чтобы водился скот), засушенные конские пуповины и прочие амулеты явно не буддийского происхождения. Надо сказать, что изображений собственных богов — за исключением шкурки-яика — у бурханистов не было. Поэтому с молитвой о здоровье и даровании потомства обращались к неведомым богам, изображенным на буддийских иконах. Махакала, Тара и Авалокитешвара внимали вполне языческим по содержанию и стилю молитвам благосклонно…
Собственный пантеон бурханисты так и не создали. Часто в бурханистских гимнах упоминается родная земля, порой персонифицируемая как Алтай-хан:
Холодная вода на Алтае —
Подобен радуге Бурхан,
Теплые ключи есть на Алтае —
Подобен белому пламени Бурхан!
О, мой Алтай — с холодной водой!
О, мой Бурхан — с радугой!
О, мой Алтай — с целебными источниками!
О, мой Бурхан — с белым пламенем!
…………………………………………
В Алтае с белыми цветами
Мы должны жить…
…………………………………………
Наш шестиугольный (как аил) Алтай
Не лишен прежней благодати…
В сознании бурханистов не разделялись Бурхан, Алтай, Ойрот. Они часто выступают как разные обозначения одного и того же, а именно —
Ты, дух Алтая, Белый Бурхан!..
Ты, поселивший в себе в золоте и серебре
народ, Белый Алтай!
Ты, который светишь днем, солнце-Бурхан!
Ты, который светишь ночью, месяц-Бурхан!..
В одном тексте ожидаемый бурханистами Ойрот-хан рисуется так:
Подол у него из неприступной скалы,
Ворот из синего вереска…
Здесь облик мифического хана прямо сливается с окружающей природой. Таким поэтическим приемом не раз пользовались и шаманы, для того чтобы обозначить космичность какого-либо персонажа.
