Между прочим, дружба с велосипедом была благотворна не только для лириков, поэтов, но и великих мыслителей, общественных деятелей. К примеру, находясь в эмиграции в Женеве, в Париже, по воспоминаниям Н. К. Крупской, создатель Компартии Советского Союза и первого социалистического государства В. И. Ленин очень любил велосипедные прогулки, но часто использовал своего «двухколесного друга» и как транспортное средство. В дневнике графини С. А. Толстой находим записи о том, что уже в преклонном возрасте Лев Николаевич увлекся новинкой своего времени – велосипедом, стал «рыцарем пятки» – так звали тогда велогонщиков. В семидесятилетнем возрасте его видели среди велосипедистов москвичи. Известен факт: поклонники Толстого подарили ему в ту пору велосипед с серебряными спицами.
Осмысливая действия всемирно известного автора «Войны и мира», основой оптимистической философии которого был принцип: «любить жизнь в бесчисленных, никогда неистощимых ее проявлениях», мой визави дает понять, что вот и он тоже уже не молод, как Лев Толстой, но, посмотри-ка, здоров, бодр, оптимистичен.
– Болезни обходят меня стороной, сердца не чувствую, хотя нагружаю его до предела, – и тут Альберт Федорович склоняется ко мне, доверительно говорит негромко, как будто опасаясь, что нас подслушают, – знаете, давно я вынашиваю крамольную идею – написать статью с вызывающим заголовком: «Не берегите сердце».
И начинает вдохновенно рассказывать, поражая познаниями в анатомии человека и функций сердечной мышцы, какой это удивительный орган – человеческое сердце – наш великий труженик, которому легкая жизнь – погибель. Я поддаюсь чарам рассказчика и вот уже, как и он, склонен считать: для здоровья сердцу нашему нужна только работа – постоянная, напряженная, какую может ему обеспечить физический труд и спорт – велоспорт, в первую очередь. Иначе? Иначе смерть в молодые годы, как у Туркмен-баши, который, что констатировали лечашие его медицинские светила, довел до дистрофии свой «кровяной насос», оставив его без нагрузки, делая за день лишь 120 шагов по кабинету и квартире.
Рассказывая о своем спортивном становлении, которое, как и у многих ребят с нелегким послевоенным детством, начиналось с «русского хоккея», т. е. с банок-склянок вместо мяча и шайбы, Колыбин не преминет поведать о том, как он, не будучи богатырем-здоровяком, заставлял себя ежедневно делать шестикилометровые прогулки при любой погоде с прикрученными бечевками к подошвам рваных ботинок шестикилограммовыми чугунными пластинами; о том, как был зачислен в Московский спортивный клуб «Фили» «забойщиком» в хоккейную команду и получил вместе с товарищами первое денежное вознаграждение за победу в городских соревнованиях. Деньги эти частично, из ухарства, были пущены на гуляночку-пьяночку, а он, Алик Колыбин, задумался, как быть дальше? Попивать и погуливать с дружками по команде? Негоже. Бросить спорт? Тем более худо. Быть может, избрать другой вид спортивного действа? Точно! Велосипед!
Дело это, как казалось ему, главным образом, индивидуальное. Победу в нем приносит личная огромная самоотдача, невозможная, конечно, без предельного напряжения собственных как духовных, так и физических сил. В велоспорте, как нигде, нужны самодисциплина, самоорганизованность, воля. А, воспитав в себе эти качества, сможешь работать и в команде. Словом, спасись сам, как гласит библейская мудрость, и вокруг тебя спасутся тысячи. Правда, к такому убеждению Алик Колыбин пришел лишь тогда, когда из Алика превратился в Альберта Федоровича.
А по ту пору, на купленном мамой дешевеньком дорожном велосипеде он гонял по переулкам Москвы весной, летом, осенью и… зимой по снегу, чем повергал в недоуменье москвичей, впервые увидевших «снежного человека», то бишь велосипедиста, пробивающегося через снежные завалы. Он тренировался. И вскоре был зачислен в соответствующую секцию стадиона «Юных пионеров» к тренеру Якову Мельникову. И надо же было случиться: в тот же год проводились соревнования среди юношей на первенство СССР. Соревнования проводились в Туле, куда Мельников и повез некоторых своих питомцев. Более опытных. Колыбин таким пока не являлся и в нужный список не попал. Переживал горько. А в день соревнований взял да и приехал своим ходом – на велосипеде, в славный город оружейников. Понаблюдав за гонками, намотав многое на не появившийся еще ус, вечером тем же способом возвратился в Москву, отмахав таким образом на задрипанном велике за сутки 400 километров.
А победителем в индивидуальной гонке и в командной гонке на треке он станет на следующий год. Затем победа на первых шоссейных гонках на приз «Московского комсомольца». Он обретет лавры призера матчевых встреч олимпийских игр команд Англии, Италии, «Динамо» и «Буревестник» и т. д. и т. п.
