Спускаемся ступеньками, склоняемся к каждому камню, читаем фамилии с едва теплящейся надеждой встретить фамилию «Скакунов», но, увы… Михаил Николаевич уже обследовал могилы в соседних кавказских городах, но тщетно.
Уже собрались уходить, как из-за раскидистой туи мы увидели немолодого мужчину. Он переходил от одного надгробия к другому, наклонялся к ним, что-то шептал. Заговорили с ним, познакомились:
– Юрий Павлович Ушаков. – Назвался незнакомец.
И мы представились.
Расспросили его, есть ли ещё военное кладбище в другом месте.
– Нет, это одно в нашем городе.
– Но я не увидела тут большие плиты, их когда-то было много с одним лишь словом «Неизвестен»…
– Когда?
– Двадцать лет тому назад.
– Ну, что Вы, это ж столько воды утекло с тех пор!.. Оно одно и было всегда. Да-да, его облагородили, высадили кустарники. Да, правда, очень много плит без имён. Имена не восстановили, жаль.
– Вы знаете, кстати, – отвлёкся Юрий Павлович, – этот район назван в честь знаменитого учёного Цандера, сделавшего очень много для космонавтики. Так вот, я сюда, в район Цандера, на Мемориальный комплекс «Солдатам Родины», каждый год в этот день прихожу, брожу между надгробиями, снова и снова вчитываюсь в имена солдат.
– Нет, мне не пришлось по возрасту воевать, но я очень хорошо помню те годы.
Юрий Павлович сказал, что с утра приходили сюда представители местных властей.
– А где же цветы? Что-то не видно венков… В такой день!
Юрий Павлович промолчал, потом от досады крякнул, повернул голову к памятнику, взглянул на увядшие цветы.
Я вытащила припасённый коньяк, стаканчики, конфеты и мы помянули тех, кого помнят и преданных забвению, всех спящих вечным сном.
– А вы были на проспекте Мира в Кольцовском сквере? Там стоит памятник. – Продолжил беседу Юрий Павлович.
– Да, были. Сфотографировали. Место ухожено. Правда, плита треснута.
Наш новый знакомый ушёл, оставив нас с Михаилом Николаевичем в недоумении, и мы снова пошли бродить в поисках родных ему фамилий.
Заброшенные плиты навевали очень грустные, щемящие мысли.
Уехала домой с тяжёлым камнем на душе… Как будто и не было позади двадцати лет.
