— Разве вы уезжаете прямо сейчас, Магистр? Давайте хотя бы отобедаем вместе… — Вальборн выглянул в дверь и потребовал обед на двоих. — Да вы и не все мне рассказали, не так ли?
— Самое главное я уже сказал. Что вас еще интересует?
— Черная жрица. Вы ее догнали? Я чувствую себя виноватым, что не прислушался к ней.
— Нет. До Бетлинка мы их не видели. Они опередили нас.
— Но это невозможно! — Вальборн встревожился. — Значит, они либо наскочили на уттаков и погибли, либо спрятались в лесу, приняв вас за врагов.
— Оказалось, есть и третья возможность, — усмехнулся Ромбар. — Они стянули у вас двух великолепных коней и преспокойно доскакали до замка верхом.
Я привел коней назад. Пожалуй, это единственное, что мне удалось в поездке.
— Мне никто не говорил о пропаже коней, — недоуменно сказал Вальборн. — Впрочем, могли и не доложить. Кони — забота воинов, я не обязан следить за ними.
Внесли обед, и Вальборн пригласил своего собеседника за стол.
— Присаживайтесь. Так какая у вас там была стычка?
— Я был в замке, — нехотя ответил Ромбар. Ему показалось невежливым совсем не отвечать на вопрос Вальборна. — Дело в том, что Каморра присвоил мою вещь. Мне не удалось вернуть ее, но я присвоил кое-что из его вещей.
Вальборн внимательно посмотрел на Ромбара;
— Что это за вещь, за которой потребовалось ехать в Бетлинк?
— Она не имеет отношения к нашим совместным делам, — покривил душой Ромбар. — Зато я узнал там одно важное заклинание — «дабба-нунф».
Вальборн так и зашелся хохотом.
— Я достаточно близко знаю уттаков, — сказал он, отсмеявшись, — и кое-что из их языка — тоже. Если бы мне пришло в голову, что это важное заклинание может заинтересовать вас, я давно научил бы вас ему.
— Сначала выслушайте меня, Вальборн, а там посмотрим, захотите ли вы смеяться. — Ромбар рассказал то, что узнал в своей вылазке о белых дисках.
— Если бы у нас были такие диски, мы подчинили бы себе уттаков, — заметил Вальборн, дослушав рассказ.
— Имея такие диски, мы сами оказались бы в подчинении у Каморры, — напомнил Ромбар. — Их ни в коем случае нельзя держать при себе, запомните это.
Вальборн рассеянно кивнул. Ромбар отодвинул пустую тарелку и встал.
— Мне пора ехать, — сказал он. — Идемте, я верну вам коней.
— Вы ошиблись. Магистр, это не наши кони, — покачал головой правитель Бетлинка, когда они спустились во двор к коновязи. — Таких коней нет ни у кого в моем войске, включая меня самого. Мой жеребец той же породы, но уступает этим.
— Тогда оставьте их у себя, пока не отыщется хозяин. У меня и с Налем будет достаточно хлопот. — Ромбар отвязал Тулана и Наля, готовясь выехать. — Да, вы уже отправили жрецов храма Мороб в Келангу? — вспомнил он заботивший его вопрос.
— Жрицы уехали два дня назад с обозом, — ответил Вальборн, — а жрецы остались здесь.
— Отправьте их отсюда немедленно. Приказной тон Ромбара очень не понравился Вальборну.
— Вы по-прежнему считаете, Магистр, что мое войско не в состоянии защитить алтарь? — спросил он с холодком в голосе.
— С тех пор не случилось ничего, что могло бы изменить мое мнение, — ответил тот. — И я по-прежнему советую вам отступить без боя, если сюда вновь придут уттаки.
— Простите, Магистр! — резко сказал Вальборн. — Но ваш совет — это совет… — он запнулся, — совет человека, слишком уж осторожного!
Глаза Ромбара сузились и стали жесткими.
— Не вынуждайте меня напоминать вам, что только… — Выдержав паузу, он с нажимом договорил:
— Люди, слишком уж беспечные, учатся на своих ошибках, пренебрегая чужим опытом. Счастливо оставаться!
Он вскочил в седло и галопом выехал со двора.
Скампада провел ночь в скалах, на поляне, указанной Цивингой. Он просыпался от малейшего звука, но тревога каждый раз оказывалась ложной — то резкий крик ночной птицы, то фырканье пасшегося поблизости коня. Чуть свет Скампада собрался и поехал лесом южнее деревни, чтобы попасть на дорогу, ведущую в Келангу. Он видел бой на деревенских улицах и узнал форму воинов Берсерена, но не испытал ни малейшего желания задержаться, чтобы выяснить подробности. Сыну первого министра было вполне достаточно того, чего он уже натерпелся в этой поездке.
К концу дня Скампада догнал беженцев, бредущих с детьми и узлами в глубь острова, подальше от опасности. Какое-то время он обгонял усталые, запыленные группы людей, затем вновь поехал в одиночестве. На третий день пути он увидел за деревьями упирающуюся в небо верхушку смотровой башни Келанги.
Здесь еще не знали о нападении на Оранжевый алтарь. Группа стражников, поставленная у Тионского моста, не обратила на проезжего путника никакого внимания. По случаю полуденной жары стражники забрались в жидкую тень прибрежных кустов и с увлечением играли там в фишку. Скампада свернул к ним, чтобы сообщить об уттакском налете, а затем въехал в город.
