— Я только что оттуда и видел это собственными глазами. Видимо, они напали на поселок, когда мы спали.
— В прошлый раз, когда шар остывал, уттаки тоже были в поселке, — неожиданно вспомнила владычица. — Это все из-за них! Мы нападем на них, когда они спят, и уничтожим всех!
Опрометчивое решение Хэтоб яснее прочего говорило об ее волнении. Советник, в отличие от нее, сохранил хладнокровие и понимал всю опасность предлагаемой ею вылазки.
— Не нужно торопиться, — сказал он. — Может быть, пока мы здесь спорим, к шару уже вернулась сила… как ты сказал, Пантур? Магии?
Пантур не ответил, поглощенный внезапно возникшей мыслью. Практичный ум владычицы ухватил закономерность слишком поверхностную, чтобы прийти в голову ученому, но эта закономерность заслуживала внимания. Магия была значимой силой наверху, и конечно, нападающим было важно устранить ее.
— Пантур!
Ученый вздрогнул и поднял голову.
— Как они используют магию там, наверху? - советник смотрел на него в упор, дожидаясь ответа.
— Как угодно, — ответил Пантур. — Жаль, что этот парень сверху — не маг, от него не добьешься подробностей.
— Маг?
— Человек, который умеет работать с магией, — пояснил ученый. — Такой человек больше бы рассказал нам о ней… и, может быть, мог бы разобраться, что произошло с нашим шаром. Этот парень, Шемма, как раз ехал к магам по такому же делу, как наше. У них в селе испортился источник магии.
— Значит, такое происходит не только у нас, — отметила Хэтоб. — Он не говорил, почему?
— Вероятно, это связано с войной, которая началась у них с месяц назад, — сказал ученый. — Вы верно заметили, великая, те, кто стоит за уттаками, могли испортить местную магию, а заодно и наш шар.
— До сих пор Оранжевый шар восстанавливался сам, — заметил Данур. — Война началась месяц назад, а неприятности с шаром у нас с весны.
— Что вы предлагаете? — владычица посмотрела на обоих.
— Шар должен скоро восстановиться, — сказал Данур. — А наш мудрец пусть продолжает выяснять, что нужно, чтобы этого не случалось впредь, — советник с легкой усмешкой взглянул на Пантура.
— А я считаю, что мы не обойдемся без помощи магов, — ответил ученый. — Мы слишком мало знаем о силе, которую излучает шар.
— Как ты представляешь себе эту помощь? — спросила у него владычица.
— Мы можем поручить Шемме отыскать магов и попросить их помочь нам, — неожиданно для самого себя сказал Пантур.
И Хэтоб, и Данур уставились на него, как на безумца.
— Но тогда он должен покинуть Лyp и выйти наверх, — сухо сказала владычица. — Наши законы не позволяют этого.
— Законы нужны, пока они полезны, — напомнил Пантур. — Вы это знаете, великая.
— Нам нельзя выдавать своего присутствия людям сверху. Тем более, когда там — война! — заволновалась Хэтоб.
— Это невозможно, Пантур, — отрезал советник. — Вместо того, чтобы выполнять поручение владычицы, ты спешишь заявить о своем бессилии, даешь заведомо недопустимые советы!
— Этого не будет, — подтвердила владычица. — Пантур, поторопись отыскать причину своими силами. Проси все, что нужно, и ты это получишь, но не проси отпустить наверх нашего пленника, — она жестом показала, что разговор закончен.
Пантур не стал настаивать на просьбе, потому что еще не был уверен в ее необходимости. Вернувшись к себе, он застал Шемму спящим — табунщик обычным способом заполнял выдавшийся досуг. Пантур посмотрел на него, затем взял из шкафа очки с рубиновыми стеклами, такие же, какие использовались в комнатах-топках, и вышел наружу.
К Оранжевому шару, располагавшемуся вдали от центра Лура, вели два туннеля — с верхнего и среднего ярусов города. Пантур пошел коротким путем через верхний ярус. Он расспросил о шаре попавшихся навстречу рабочих с плантаций владычицы. Оказалось, что шар остыл этой ночью и все еще не восстановился. Ученый долго шел прямым, без ответвлений туннелем, пока не вышел в просторный подземный зал, необработанные своды которого, казалось, имели естественное происхождение.
Яркий свет ослепил его. В дальнем конце зала, ни на что не опираясь, невысоко над землей висел Оранжевый шар, окруженный кольцеобразным прудом. Пантур надел рубиновые очки и подошел поближе. В пруду жили сотни саламандр — черно-рыжих тварей, похожих на ящериц, но с влажной лягушачьей кожей, с золотистыми выпуклыми глазами на плоских головах. Сейчас саламандры лежали неподвижно, уткнувшись головами в берег, корм остался не съеденным. Признаки неблагополучия были налицо. Не было и знакомого щекочущего, пронзающего ощущения, усиливающегося по мере приближения к шару, того самого, которое называли теплом шара.
Плантации располагались вокруг Оранжевого шара и имели по два выхода, как и все хозяйственные помещения. Туннелями, ведущими к шару, никто не пользовался, так как его свет был слишком ярок для глаз подземных жителей. Пантур свернул на масличные плантации, чувствительные к ослаблению излучения шара. Кусты, ровными рядами высаженные в плодородную землю, принесенную с поверхности, выглядели свежими и здоровыми, но бутоны потеряли упругость и поникли.
