Нанятые Еремеевым волшебники вступили в свою первую схватку на службе и расправились с бандитами за несколько секунд. Лишь двое из напавших пока оставались живыми: щуплый Кондрат, которого Александр вдавил в землю, и Демид, стонущий от невыносимой боли.
– Помнится, ты говорил, что я так и не узнаю, кто заказал мою смертушку? Хочешь, поспорю, что ты был не прав?
– Никитка? – испуганно произнес Кондрат. – Тебя же шакалы сожрали!
– Подавились они. Мясо слишком жесткое, а вот твое им точно сгодится. Хочешь полежать за городом, связанным по рукам и ногам?
– Ты не посмеешь…
– С чего вдруг? Как говорится, долг платежом красен, а тебе я уж больно сильно задолжал. – Еремеев сейчас говорил страшным голосом, и в том, что именно так и поступит с убийцами ветерана, ничуть не сомневался. – Кто Буяна сгубил, сознавайся, гнида?!
– Да живой он, живой! Ляхам его продать хотели! – завизжал Кондрат, поскольку Александр сильнее надавил на локоть бандита.
– Где он? – Самбист ослабил хватку.
– Без меня туда не пройти, – попытался было торговаться вожак шайки.
– Демид, ты жить хочешь? – спросил Еремеев.
– Знамо дело – хочу, – пробурчал тот.
– Покажешь, где моего бойца держат?
– С какого ляда? Все одно меня порешат.
– А под честное слово купца?
– Я сам все скажу, – быстро заговорил Кондрат. – И где Буян заперт, и кто нам тебя заказал, и на кого лях работает, хотя сам Дариуш о том ни словом не обмолвился.
– Про пана Тадеуша я и без тебя знаю, – остудил разоткровенничавшегося Еремеев.
– А-а-а! – Кондрат понял – купцу он не нужен – и дернулся с такой силой, что сбил Александра с ног.
Бандит попытался сбежать, но его остановил прямой удар Гаврилы.
– Охолонись чуток.
– Вот вам и первая стычка, господа. Собрать трофеи, и за дело! Рабочий день еще не закончился.
Волшебники принялись обшаривать карманы бандитов и сдавать добро помощнику командира. Через минуту Александр отдал следующий приказ:
– Ларион, Гаврила, Фрол – со мной. Годим – берешь остальных и с этим здоровяком вызволять Буяна. Демида потом отпустишь, я обещал.
Кондрата Еремеев взял с собой, предварительно засунув кляп в рот. Даже не стал спрашивать о человеке в отряде, который предал. Но во время пути дал понять бандиту, что подельник его сдал с потрохами, потому банда и угодила в ловушку.
Александр специально подъехал со стороны задворок постоялого двора. Как он и предполагал, в окне его комнатки на третьем этаже светился огонек.
«Створки нараспашку? Видать, хотел показать, что воры через окно влезли. Наверняка еще и бойцов всех куда-нибудь услал. А ведь я ему практически доверился. Что ж, Сашка, будет тебе впредь наука: мозги для того и даны, чтобы ими пользоваться».
Сделав некоторые распоряжения спутникам, Еремеев направился в номер. По пути встретил хозяина, тот подтвердил отсутствие бойцов:
– Их Гнат повел в кабак удачу отмечать.
«Какой молодец! Еще и сам повел, а потом наверняка нашел повод вернуться! Или я все-таки ошибаюсь? Очень бы хотелось».
Дверь в номер оказалась не заперта.
– Вечер добрый, Гнат.
– Слава богу, ты пришел! – изобразил радость на лице помощник. – Я тут собирался несколько монеток до общей кучки доложить, а оно меня схватило.
Он стоял возле открытого шкафа, и обе его руки были скованы необычным капканом.
– Там денег нет, Гнат. Так что зря ты взламывал двери, курочил шкаф. Смотрю, уже и в дорогу дальнюю собрался? – Еремеев поднял валявшийся у ног вора заплечный мешок и вытряхнул его содержимое на пол. Среди прочего барахла отыскался и небольшой кошель. Александр бросил его на стол. – Маловато прикарманил? Решил все забрать?
– Господь с тобой, Данила. Эти монеты я и хотел положить…
Александр, не слушая объяснений, опустился на стул.
– Интересная штука – судьба, никогда не угадаешь, что она уготовит человеку. Казалось бы, ты мог стать мне другом, получить, считай, те же деньги, но чуть позже. Вместо этого убираешь с пути Буяна, натравливаешь на меня троих бандитов, потом целую шайку… Столько усилий – и только для того, чтобы всего лишиться и вот так стоять перед шкафом возле кучки обыкновенных булыжников? Зачем тебе это, Гнат?
– Золотишко голову вскружило.
– До такой степени, что готов был пойти на душегубство?
– Сопляк ты еще, чтобы мораль мне читать. Подумаешь, подфартило ему! Фарт – штука переменчивая. Нынче есть, завтра нет, а золото всегда в цене. И не важно, как оно досталось. Что касается душегубства… Каждый день чьими-то стараниями гибнет куча народу! Кто их считал? А тебя, Данилка, все одно скоро прибьют, уж больно ты приметный. Вот я и смекнул: почему твое богатство должно достаться другим, а не мне?
– Ну да, а я задал себе другой вопрос: почему сгинуть должен не ты – предатель, вор и убийца? Сможешь ответить? – Еремеев в упор смотрел на предателя.
Тот взгляда не отвел:
– Знамо дело, смогу. Ты не токмо меня отпустишь, но и денег на дорогу дашь, ежели хочешь видеть Буяна живым.
– Заманчивое предложение. А сам-то ты его не желаешь дождаться? Думаю, скоро будет здесь.
– Врешь! Сам же сказал, будто я его сгубил.
– Плохо у тебя со слухом, Гнат. «Убрал с пути» и «сгубил» – разные вещи.
