Одежду одеждой назвать и вовсе можно было с большой натяжкой. Этакий стиль Маугли. Но надо сказать, что хоть все эти листики, лианы и лопухи (или что это?) выглядели дико странно, но вкупе с их необычной внешностью и неестественной худобой выглядело это всё гармонично и (Юдашкин меня прости) стильно. Извращённо стильно.
— Эм. — Сначала слегка замешкалась я. Вдруг они не говорят по-нашему? Хотя, когда пересекала их барьер, я же слышала их, и изъяснялись они вполне понятно для меня. — Помогите ей, пожалуйста.
Из всей это шеренги отделился один иврит, такой, самый эпатажный, на мой взгляд. Розовые волосы чуть ли не до пола, красные глаза и, ну, наряд этот лесной, короче. Набедренная повязка, все дела.
Мужчина подошёл к нам, присел на корточки и вдруг положил свою руку на мои руки, зажимавшие всё это время рану.
Мой золотой свет, который неустанно пылал покруче какой-то диодной лампочки из Икеи, вдруг вспыхнул с большей силой и окутал Дэрию с ног до головы.
Золотой свет впитался в её кожу, и рана на шеи вдруг моментально затянулась. О ней напоминала только кровь, изгваздавшая, казалось, всё вокруг: мои руки, одежду, даже волосы.
— Она не умрёт, — сказал мужчина. Сказал так, словно пропел.
Я, заставившая прекратить себя удивляться его манерой говорить, поспешила поблагодарить:
— Спасибо.
Однако розововолосый мужчина разбил вдребезги мою начинающую нарастать радость за Дэрию.
— Рано благодарить, хранительница печати. Это дитя хаоса хоть и не умрёт, но и не проснётся так просто.
Кажется, я никогда не научусь с первого раза понимать жителей этого мира.
«Ты чего-нибудь понял, Зар?»-Поспешила я за помощью к тому, кто мне всегда всё разжёвывал.
«Не совсем.»
Ну, класс. Если уж могущественное существо не въехало, куда уж нам, убогим.
Ладно, сейчас настроим диалог и со всем разберёмся.
И, кстати, где вообще бог Смерти потерялся опять?
— Тогда что нужно сделать, чтобы она проснулась? — Возможон, сейчас я звучала так, словно разговаривала с умственно отсталым.
Только не говори загадками, чувак, ради бога…
— Кто знает, — пожал плечами мужчина и встал на ноги. — Время даст ответ.
Да, ну ё-мае.
Я еле сдержалась, чтобы не треснуться головой об дерево.
А розововолосый между делом начал командовать:
— Вил, Нав, перенесите дитя в обитель.
Двое мужчин синхронно вышли из второго ряда и направились к девочке.
Увидев их, у меня тут же возникло в голове сравнение: «двое из ларца одинаковых с лица».
Настолько эти двое зеленоволосых иврита были похожи.
— А вы, многоуважаемый Мортис, можете уже прекратить прятаться. Признаюсь, я искренне не понимаю, зачем вы это вообще делаете.
О, так бог Смерти по старой традиции по углам мыкается.
И вправду, темноволосый очкарик вдруг материализовался из воздуха, оказавшись прямиком рядом со мной и Дэрией.
Слейн, кстати, не ответил на комментарий розововолосого, а предпочёл лишь угрюмо на того зыркнуть.
— Впрочем, вы же бог, — ответил на свой же вопрос иврит. И прозвучало его заключение так, словно он на деле под этим выражением имел нечто другое.
«Такое ощущение, будто он хотел сказать, что все боги ненормальные.»-Подумал о том же Заря.
«Хотела бы я научиться столь умело говорить с подтекстом.»
«Мне хватает твоей язвительности с лихвой.»-Заря, ну, просто не мог не промолчать.
«А мне твоего брюзжания.»-Не осталась я в долгу.
И пока мы мысленно препирались с Зарей, двое из ларца подошли к Дэрии, и та вдруг воспарила.
Я хотела возместиться, сказать, что не отпущу никуда Дэрию полетать, но бог Смерти вдруг схватил меня за руку.
Я опешила, напугалась и потому растеряла все свои претензии.
Единственное, на что у меня хватило сил, это поймать книгу, которая начала падать с Дэрии.
— Мы рады вас видеть в нашем лесу. Сегодня, к сожалению, мы не сможем устроить вам приём, так что вам придётся подождать до завтра. Завтра же мы поговорим и о ребёнке хаоса, и о книге, и о вашем обучении, Лисабэль…
Ясно, ясно…
Весь диалог мужчины я деловито кивала, ровно до момента, когда до меня дошёл смысл сказано мужчиной.
— Обучение?! — возопила я, чуть ли не впадая в истерику.
Опять… Опять?!
— А разве не ради этого вы прибыли в наш лес? Наши предки никогда не ошибаются.
Какие предки? Что он вообще несёт?
— К сожалению, сейчас мы не сможем с вами говорить. Вот-вот сядет солнце.
И что? Я. Опять. Ничего. Не. Понимаю.
«Я тебе объясню потом всё, Лиса. Сейчас просто соглашайся с его словами, как это делает бог Смерти.»
Ну, вообще, Слейн в принципе ни с чем не соглашался. Он вообще ведёт себя как контуженный, стоит только и смотрит в одну точку.
— То есть, нам нужно ждать до утра, чтобы получить ответы? — Напрямую заявила я.
Иврит тепло улыбнулась и изрёк:
— У меня нет ответов на все ваши вопросы. Однако немного утолить ваше любопытство я смогу, но только завтра. Увы.
Здесь только занавеса не хватает, ибо всё вокруг прямо-таки его требует.
— Розэ, проводи гостей в их жилище. — Розововолосый иврит, видимо, устал вести с нами разговоры, а, точнее, со мной (бог Смерти, кажется, заснул, только с открытыми глазами) и спихнул меня на миловидную девушку, тут же подбежавшую к нам.
