– Для передачи настолько расторопной программы потребовался бы непрерывный контакт между вашими бронями не более десяти секунд. Не зная об этом, вы могли и не заметить столь тихий трюк…– утешил императора его технолог.
– Да нет, я помню, как это случилось. Хотя действительно, не заострил внимание…– отвлёкся Вэнтэр.
– Когда Кулак лишился всех данных и замер в одной позе, – продолжил пояснения профессор, – человек, по собственной глупости ударил чрезмерно активным волновым спектром, из-за чего отдельные датчики активировали поле Магнэрайс, и начали перезапуск повреждённой системы. Кулаку пришлось сохранить жизнь и нападавшему, а лишённую смыла систему контроля импульсов – он отключил от источника сигнала. Вот и все объяснения… остальное, думаю, понятно.
– Когда я впервые пришёл к тебе с просьбой о Кулаке, – хитро глядя на нэогара, решил напомнить повелитель, – ты поставил условием безопасность людей… хотя больше всего, ты ведь переживал о Джаине? – не сменив хитрый взгляд, поинтересовался он.
– Вы правы…– опустив глаза, тихо ответил Чан. – Я был впервые активирован три сотни лет назад, и с тех самых пор – отдаюсь науке. Я не раз задумывался о создании собственного сына, но всегда отказывался от этой идеи, желая создать нечто поистине особенное, гениальное, – тёплым голосом, поведал нэогар, будто улетев в мечтания, или же воспоминания…– Выходом стал Джаин. Я увидел в нём идеального сына, и по-прежнему, желаю ему всего наилучшего. Я не могу назвать себя отцом, – тоскливо рассудил учёный, после чего взглянул Вэнтэру в самые глаза, и более решительно заключил:– Но тот, кого я считаю сыном – достоин всех жизненных благ!
Император, едва заметно кивнув головой, опустил глаза и на пару секунд замолчав, продолжил:
– Если же я попрошу не только восстановить Кулак, но и усовершенствовать его как идеальное атакующее оружие, ты поставишь условием отмену военной затеи? – спокойно и размеренно, но явно серьёзно предположил завоеватель.
– Вы как всегда проницательны.
– Таким способом, ты хочешь спасти Джаина от лишних хлопот, и возможной смерти? – Чан глубоко, молчаливо кивнул головой.
Вздохнув, Вэнтэр собрал руки у живота – спрятав их под столом. Со слабой тоской, он изрёк:
– Я понимаю тебя и твои мотивы… Но, боюсь они бессмысленны. Джаин больше пятнадцати лет как мёртв. Защита – ему ни к чему, – закончил император, и Чана будто молнией ударило, повергнув в шок. Глубоко взволнованным голосом, в такт аккуратным шагам назад, он лишь с дрожью повторял:
– Нет… это враньё… вы лжёте… Джаин не мог умереть! Ему ещё жить и жить! Люди знатно о нём заботятся! Они любят его! – уже подобравшись к крику, никак не успокаивался технолог.
– Хоть мне и есть смысл лгать, сейчас – я честен, – с ноткой грусти, качнул мальчишка головой. – Грубо говоря, он не прожил в Евразии и трёх лет, а сейчас людьми командует его сын… этот глупец и замыслил заполучить мой Кулак. Посуди сам, разве Джаин пошёл бы на такую глупость? – холоднее рассудил Вэнтэр, слегка приподняв брови.
Чан, не отошедший от шока, лишь так же спешно продолжил спорить:
– Напавший человек мог быть не причастен к Джаину или королю, что мешало ему прийти из личной мести и соврать?!
– Отсутствие смысла. В таких ситуациях, страх берёт верх. Да и посмотри на мой дворец. Чтобы сотворить с ним это – нужно обладать серьёзным боевым костюмом, и серьёзными ресурсами для его создания. А людское поселение слишком мало, чтобы укрыть от властей такие запасы, – огласил император.
Чан, сердито глядя на Вэнтэра, стал успокаиваться и опускать ненавистный взгляд. Расслабившись, он обеими руками прикрыл лицо и сквозь пальцы, сжато произнёс:
– Даже не верится, что рабы могли позволить Джаину умереть! Они должны были на руках носить его! – возмутился профессор. – За свою халатность и глупость, за позволение Джаину почить, они поплатятся! Я займусь вашим Кулаком, и поверьте, больше вас никто не оцарапает, – пообещал нэогар, после чего поспешил уйти.
Вэнтэр, оставшись в одиночестве, лишь расплылся в косой, мрачноватой улыбке. Ложь не была его коньком, но сейчас, она сработала на ура, хотя и в его словах было больше правды, чем кривды. Теперь Чану захочется мести, и лучшим для него выходом станет сотворение непобедимости юному тирану.
Любой, кому хватило сил и мужества отдать себя на беспощадные нужды службы в «Реокрацу»– уже давно приучился мириться с тяжкими трудностями. Но даже сильнейший во всех отрядах, не мог смириться с расставанием, и отказывался верить в его неизбежность.
Кир, высокий красноволосый паренёк, заслуживший звание непобедимого во всей Евразии, спешно шагал по светлому коридору королевского дворца, проходя мимо редко встречавшихся госслужащих. Наконец дойдя до приметной двери в тронный зал, он, даже не постучавшись – открыл её. Его взору предстали капитаны, что стояли к двери спиной, а к королю лицом, но по случаю появления Кира – обернулись.
Артур, сидевший на троне напротив входа, подпирал руками подбородок. Без претензий, хотя не особо радушно, король произнёс:
– Раньше, вы не опаздывали…
