— Бегом на первый, у меня там электрик за турбиной смотрит, Бочаров, сменишь его, доложишься, его сюда.
Андрей скрылся за дверью.
— Ты кто?
— Инженер-программист ОИТ, — на автомате ответил Дима.
— Реакторщики нужны, — начальник явно был недоволен. — В общем, ситуация такая: персонала всего пятьдесят человек, явно недостаточно для управления блоком, хорошо, что остальные два блока в ремонте стоят. Реактор находится на минимальном контролируемом уровне, ниже опускать нельзя, уйдет в АЗ (аварийная защита), связи с остальным миром нет, двух электронщиков отправили на вышку мобильной связи час назад, до сих пор возятся. Будем держать реактор на МКУ сколько сможем, пока не свалится. Для вас задача пойти в город и согнать сюда весь персонал.
— Где предыдущая смена? — дождавшись паузы, спросил Дима.
— Хрен его знает, мы сюда пешком пришли, нас на остановке человек двадцать было, некоторые только там заметили, что нас «откусило». А до станции добрались, на проходной никого нет. Прошли проходную, прапорщика оставили, и сюда. А тут уже по воде блок «заваливается», хорошо, успели.
— А ЛЭП цела? — спросил кто-то. — Электричество-то куда уходит?..
Раздался знакомый звук, мобила поймала сеть. Дима привычным жестом набрал жену, краем глаза заметил, что половина собравшихся делала то же самое, даже те, кто сидел за пультами управления.
— Абонент вне зоны досягаемости, — сказал привычный женский голос, — Бииип… бииип… бииип…
Случайный клик по мини-карте. Целина
Степь, степь, степь до горизонта, гладкая как стол, пустая, голая, ни деревца, ни зверя, ни птицы. Пожухлая трава, да жесткий стылый ветер в лицо. Отряд всадников медленно плетется на север, к одинокому горному пику, торчащему из-за края земли…
— Степь да степь кругом, в той степи… — мычал вполголоса молодой юноша с внешностью корейца, постоянно сплевывая и матерясь.
— Что ты там поешь? — обратился к нему едущий рядом мужчина постарше.
— Да вот вспомнилось… Надоело все, этот дурацкий поход…
— Сколько раз я тебя просил, — прервал молодого старший, — говори по-корейски.
— Отец, ты прекрасно знаешь, что я по-корейски не говорю! Если мать еще умела и могла с тобой пару слов сказать, то я уже нет, — вспылил молодой, — как и наши казахи не говорят по-русски. Так что, какая разница! Или ты надеешься возродить великую корейскую культуру? Пак… Илья Семенович…
— Ты был Паком и останешься Паком! — парировал отец.
— Да не все ли равно? Пак или Иванов… Мне уже без разницы, как меня будут называть, у меня скоро зад до костей сотрется, а яйца как две большие мозоли…
— Потерпи, — отозвался старший кореец, — скоро наши поиски закончатся. Там и отдохнем.
— А что мы ищем?
— Байконур…
— На кой он нам сдался? — удивился молодой. — Ты думаешь, там чего осталось?
— Говорят, ракетное топливо круче кумыса…
— Особенно если это спирт, — заметил молодой, — так ты же не пьешь кумыс?
— А еще оно горит, — задумчиво произнес старший кореец, — ракета снесет любой отряд дикарей с первого раза. Пока нас всего двадцать всадников, но со временем мы станем огромной армией…
— Что-то мне не верится… — проговорил молодой, — скорее мы все здесь и останемся, в этой степи…
Всего несколько месяцев назад цветущая долина, прорезанная каналами, внезапно высохла, полноводная река превратилась в пересыхающий ручей, большие города в груды развалин. Цепь оазисов и умирающие деревья по всей долине, вот и все, что осталось… Двухмиллионное население испарилось неведомо куда, осталось всего несколько тысяч человек. Люди собрались поближе к воде, стараясь спасти урожай. Первоначальный шок от катастрофы рассеялся, кто-то ушел, кто-то погиб, те, кто остался, начали налаживать новую жизнь. Пак-старший организовал строительство запруд, начиная с нижнего течения по старому руслу, чтобы удерживать воду и со временем объединить цепь оазисов в полосу обрабатываемых земель и, возможно, начать восстанавливать ирригационную систему. Сады и поля было уже не спасти, но можно было попробовать хотя бы сохранить плодородную почву. У людей появилась надежда, что все наладится… Но внезапно все закончилось. Пару месяцев назад с юга, с афганских гор хлынула дикая необузданная орда. Всадники с копьями, луками и саблями в первом же сражении уничтожили большую часть отряда самообороны, который попытался организовать Пак. Жители долины были обречены. Кореец ничего не мог для них сделать, и остатки его отряда, захватив нескольких лошадей, вынуждены были бежать на север, в дикую степь…
