— Да, — ответил Матвей и повернулся к даме за стойкой. — Дрын… ой… Алексей Косточкин. Как он? В какой палате?
— В шестьдесят второй, — не отвлекаясь, ответила дама.
Матвей поблагодарил её и вступившуюся за него женщину, протиснулся через людей к лифту и поднялся на шестой этаж. Силуэт Юли в другом конце коридора он узнал сразу. Стройная спортивная фигура, подчёркнутая формой медицинского работника, русые волосы слегка растрёпаны, спадают на плечи неровным водопадом.
Она была истощена. Четыре часа Юля собирала на операционном столе Дрына, каждый имплант аккуратно вставляла на место, каждое сухожилие сращивала скрепляющим лучом, каждую рану обеззараживала и регенерировала. Если бы она не прогнула главного врача госпиталя на проведение операции под её наблюдением, то Дрын не дожил бы до утра. Взамен главврач попросил её отдежурить неделю в больнице сверхурочно.
— Как он? — спросил Матвей.
Юля обрадовалась и обняла оперативника.
— Хорошо. Скоро придёт в себя.
— А ты как?
— Вымотана.
— Это был Рыжий. — Матвей опустил голову.
Юля отклонилась в сторону и закрыла ладонью рот.
— Что? — тихо спросила она.
— С самого начала это был он. Ублюдок сливал информацию корпорации несколько лет. Ночная выходка — это подарок. Обнуление главных лиц «Нового века». Мне тупо повезло не оказаться в баре, когда…
— Но как? — Мысль о предательстве громилы не укладывалась в голове девушки. — Зачем?
— Всю свою осознанную жизнь он хотел жить на верхнем уровне. Мы для него лишь метод достижения цели, не более того.
— Ты его видел? Где он?
— Я застал его в квартире Роберта. — Матвей прислонился спиной к стене. — Он убил его, Юля. Зверски… Я проследил за ним до его квартиры… Там он и останется.
Юля расплакалась. То ли от злости, то ли от обиды.
— Прости, что…
— Не за что извиняться! — прикрикнула девушка. — Просто… Чёрт! Не хочу в это верить. Представляю, каково тебе.
— Уже светает, — Матвей посмотрел на электронные часы на стене, — вечером нужно встретиться с Елистратовым. Время пришло. Другого шанса у нас не будет. Я, правда, пока не знаю, как с ним связаться.
— Я закончила здесь, только переоденусь. Сегодня можешь остаться у меня.
— Да нет, — засмущался Матвей, — я…
— А где? — девушка улыбнулась. — Четыре утра, твоя квартира полностью разрушена, а мне, если честно, не помешала бы выпивка и приятная компания.
— Спасибо, — обрадовался Матвей. Спать на улице — это так себе перспектива.
— А как же твоя бабушка? Я не помешаю?
— Не переживай, — ответила девушка, — она встанет через полчаса и отправится обсуждать со своими подружками былые времена до самого обеда. Да и потом, для неё будет честью принимать нашего лидера.
***
Квартира Юли и её бабушки была небольшой, но очень уютной. Один из самых первых небоскрёбов Сочи, построенный «Мега-Тех», находился в двух шагах от пляжа, отгороженного забором из сетки-рабицы. Жители нижнего уровня могли насладиться видом на море только издалека, тогда как на верхнем уровне располагались специальные смотровые площадки и несколько лифтов на пляж. Каждый день работяги наблюдали, как развлекается в воде молодёжь и прогуливается по берегу пожилая элита верхнего уровня.
В квартире — две комнаты, кухня и небольшой коридор. Старая планировка, к которой привыкли жители дома, но никак не гости. Матвею обстановка чем-то напомнила дом.
Они зашли внутрь, Юля бросила ключ-карточку на круглый деревянный столик и предложила Матвею располагаться. На стенах, оклеенных незамысловатыми обоями, висели картины, написанные ещё до корпоративной войны.
— На кухне небольшой диван, — сказала Юля. — Можешь лечь там. Выпьешь?
— С удовольствием, — согласился оперативник. — У вас очень мило.
— Спасибо, — обрадовалась девушка и достала из холодильника самогон. — Бабушке дали эту квартиру как первой переселенке. Она работала в «Мега-Тех» уборщицей. Страшно представить, сколько лет. Забавно, — задумалась она. — Ведь она искренне верит, что у нас всё хорошо.
— Дай угадаю. Стабильно?
— Да. Стабильно. Она не видит ужаса, который видим мы.
— Её можно понять. Наверное, для неё всё действительно замечательно.
Матвей достал стопки из шкафчика над раковиной и разлил по ним самогон.
— Значит, пора? — Юля опустила глаза.
— У нас нет выбора. Я не знаю, что Рыжий наговорил директорам «Мега-Тех». Но терять времени больше нельзя. Мы не получим должной поддержки, но если не сделаем шаг сейчас — нас просто сотрут с лица земли.
Юля положила острый подбородок на изящную ладонь, проводя указательным пальцем другой руки по краю полной стопки.
— Я давно готовилась к этому. Правда. Но мне почему-то всегда казалось, что этот момент никогда не наступит. Мы так долго готовимся, столько сделали. А они одним ударом вынесли лучших из нас.
— Давай за них? — предложил Матвей. — За наших ребят. Теперь мы ответственны не только перед собой, но и перед ними.
Они выпили. Самогон оказался приятным на вкус, отдавал карамелью, но на чём он был настоян, оперативник решил не уточнять.