Алые розы полностью

Дачный одноэтажный домик не дорогой, не бедный стоит на своем участке. Девочка четырех лет с игрушечной лейкой поливает грядки.

– Мариночка иди кушать. – раздается женский голос из окошка.

Девочка направилась к домику,

Через минуту раздается детский визг. Молодой отец бежит к дочери:

– Ты что, солнышко.

Дрожащая девочка пальчиком показывает на крыльцо:

– Тааам, мышка! – едва не плачет она.

Мужчина на руках заносит дочку в дом.

– Ничего, мы котика заведем, он их всех переловит, а сегодня мышеловку поставим. – успокаивает он ее.

– Ура, котика, котика! – восклицает маленькая Марина и начинает есть приготовленный обед.

– Покушала, молодец. – говорит мать, – пойдешь спать?.

– Игать пойду. – отвечает девочка и опасливо спускается по крыльцу, поглядывая нет ли опять рядом мышки.

Вскоре, отбросив свою лейку девочка снова кричит. На этот раз она увидела большого некрасивого жука с длинными усами. Вновь отец успокаивает ее.

– Нельзя же всего боятся, – говорит он ей, – вот вырастешь, как жить, если всего на свете боятся?

– Выасту, стану басая и не буду бояся. – заявляет она твердо. На руках у папы легко не бояться жука.

Вечер. Мужчина немного за сорок выходит из домика. Он несколько минут смотрит на молодую двадцатилетнюю женщину, вздыхает и зовет ее:

– Марина, идем чай пить, мать пирог испекла, рыбный, как ты любишь.

Марина, проходит в дачный домик, где каждое лето в детстве ее прятали от городского, отравленного автомобильными выхлопами и заводскими выбросами воздуха. Старый кот лежит на крыльце, он давно избавил дом от мышей и Марина, на этот раз, не опасаясь ничего проходит внутрь дома, не забыв погладить основательно разжиревшего кисуна.

– Ну как живешь-то там в городе? – интересуется мать.

– Учусь, да подрабатываю в цветочном павильоне. Кругом цветы, аромат, так успокаивает.

Училась Марина неплохо и летом, переживать ей, казалось не о чем, но мать не могла не заметить ее печали:

– Мариш, а чего грустная такая? Пирог что ли не нравится?

– Сегодня парень заезжал к нам, цветы покупал, 199 роз. Представляешь, самые дорогие взял и все 199-ть алые, мои любимые. А мне хоть бы кто одну подарил. Учеба-работа, учеба, работа. – ответила Марина.

– Ну-ну-ну, все у тебя сложится, все придет. Ты же стройная, красивая, тише-тише. – уговаривала мать.

За окном полило как из ведра, сверкнула молния, грянул мощный гром.

– Боишься? – отец смотрел на свою повзрослевшую дочь.

В детстве, едва заметив, грозу Марина пряталась под кровать и уговорить ее оттуда вылезти было очень непросто.

– Нет! – девушка старалась не подавать виду. Но побелевшая кожа, и трясущаяся в руке чашка, выдавали ее с головой.

– Трусишка ты. – ласково заметил отец.

Дочь, хоть и далеко не модельной внешности, действительно была стройной и симпатичной девушкой. Поэтому, когда спустя два года Марина сообщила, что собирается замуж это не стало неожиданностью. Она давно получила образование, покинула цветочный павильон, устроилась по специальности. Хоть зарабатывала она немного, все-таки уже была материально независимой. Только, когда девушка привезла своего будущего мужа знакомиться с родителями, показала всю силу своего голоса. Родители любили дачу и по-прежнему лето старались проводить там, потому настояли, чтобы дочь привезла будущего зятя на дачу.

– А угощать чем, магазинной просрочкой? Тут все свежее, прямо с грядки. – настаивала мать. – когда Марина возражала.

Молодой человек, зная вкусы своей любимой, подарил ей букет из семи алых роз. Именно его Марина уронила на землю, когда все заходили в дом. Она увидела, как из– под крыльца вылезла мышка. Их Мурзик года полтора назад отправился к своим кошачьим предкам и уже ничем не мог помочь в борьбе с грызунами. От визга невесты стекла в домике задрожали, но сейчас отец уже не мог взять девушку на ручки.

– Эх, ты, уже взрослая, а все такая же трусишка. – сказал он. – опять котика заводить?

– Ой, у меня же мясо! – опомнилась мать и скрылась на кухне.

Когда остальные вошли, она стояла немного растерянная:

– подгорело.

Марина разрядила обстановку, – “зато хорошо прожарилось, съедим”. Она попросила жениха принести ее букет, так как сама боялась вернуться и опять наткнуться на мышонка. Утром молодые отбыли в город, обозначив дату свадьбы через две недели.

– Как долго тянулся месяц, – заметил как-то вечером отец.

– Да, послезавтра наша девочка станет совсем взрослой, своя семья, дети. – отвечала мать. – вроде, радоваться надо, а я плачу.

– Ничего, завтра приедет, негоже невесте за день до свадьбы с женихом видеться, а мы повидаемся.

Так они проговорили до утра, не сомкнув глаз.

Месяц назад:

Больница скорой медицинской помощи. В палате на койке лежит двадцатичетырехлетний мужчина. Он еще не отошел от послеоперационного наркоза и не знает, что у него больше нет руки, он вообще не знает, что жив. Вокруг него несколько врачей.

– Парень в рубашке родился. – говорит один из них.

– Повезло. – подтвердил другой, – жить будет.

– О! очнулся, – заметил кто-то из медиков.