Вечером мы смотрим фильм. Сашка и Вика сидят в обнимку (они теперь всё время обнимаются), а я сижу одна в кресле. Не знаю, почему они решили спихнуть меня в кресло, но мне в нём комфортно. Вика протягивает мне ножку, я беру её в руки и начинаю массировать. А она делает вид, что нечего не замечет, и лишь слегка улыбается мне.
— Так кто мы друг другу? — наконец, заводит этот разговор Сашка.
— В смысле? — не понимаю я, поглаживая пальчиками Викину ножку.
— Парень, девушка и ещё одна девушка. Кто мы — шведская семья? Это как-то странно.
— Никогда не задумывалась об этом, — говорю. — Вик, а что ты скажешь?
— Мне нравится всё, как есть.
— И мне тоже. — Кончиками пальцев щекочу её ножку, целую её и смотрю на Сашку.
— Ну хорошо, Юлька моя девушка, правильно?
— Ага, — шепчу я, не отрывая глаз от её стопы. Идеальные пальчики, красивый изгиб щиколотки, будто лакированная пяточка; помню, как сама тёрла её пемзочкой. Какая же она совершенная, эта ножка! Мне хочется посмотреть на другую. Я засовываю руку под покрывало и вытягиваю вторую ножку Вики, смотрю на неё. Ноготочки ровненькие, только лак немного стёрся, можно педикюр обновить. Массирую обе её ноги и смотрю на неё. Она делает вид, что меня не замечет, но я чувствую, как бьётся её сердце, и вижу, как она прибалдела. Я значу для неё всё больше. Я хочу быть для неё на первом месте. А Сашка… А что Сашка? Нам уже и без него хорошо.
— А Вика? Кто мне Вика? — Они целуются прямо у меня на глазах.
— Она тоже твоя девушка. Я не понимаю, что тебя не устраивает?
— Меня встраивает всё, а вас? Вы-то друг другу кто?
— Слушай, Саш, — вклинивается Вика, — ну разве это так важно?
— Вообще не знаю. А мы так и собираемся дальше жить втроём? — говорит он.
— Вот так и будем. — Я прикасаюсь губами к Викиным ногам — не целую, а именно хочу оставить отпечаток. Она шевелит пальчиками, и я возбуждаюсь. Но нет, не сегодня. Сегодня я уже натрахалась.
— А если одна из вас залетит? — вдруг заявляет Сашка.
— Тогда ты женишься на одой и вышвырнешь другую за дверь, — смеюсь я. Вика тоже смеётся и на меня смотрит. Вновь протягивает свои ножки — ей приятно, что я их постоянно глажу. А мне приятно не выпускать их из рук.
— Нет, ну я серьёзно. Что тогда? И кто вы друг другу. Вы подруги или любовницы?
— Скорее второе, — говорю я.
Вика возмущается и забирает у меня из рук свои ножки.
— Нет, мы просто студентки, которые решили погнать. Мы живём в своё удовольствие и просто делаем друг другу приятно. Мы никакие не лесбиянки. Многие девушки экспериментируют — что тут такого? Зато потом будет что вспомнить.
— Это значит, что ты уходишь из «семьи», — улыбаюсь я.
— Никуда я от вас уйду, вы же мои бусечки. — Вика прижимает меня и Сашу к себе. А она довольно сильная, потому как сгребает нас в охапку одним движением. Я вырваться не могу, даже если захотела бы. — Юлька, Сашка, вы такие оба классные! Даже не знаю, как я без вас! — Она смотрит на меня и Сашку и говорит. — А может, перейдём в ислам? Там можно иметь трёх жён.
— А где мне ещё и третью искать? — улыбается Сашка.
— А зачем тебе третья? Тебе что, нас двоих не хватает? — наигранно обижаюсь я.
— А как мы об этом скажем родителям? — вдруг заявляет Вика. — Я тут встречаюсь с парнем, но у него ещё есть Юлька, и он её тоже любит.
— А может им не говорить, — предлагаю я. — Никто, вроде, пока не догадался, что мы спим втроём. Никто нас с тобой даже лесбиянками не называл… ну, кроме тех парней в кинотеатре, а мы тогда ещё даже не целовались.
— Пожалуйста, не говори это слово, меня каждый раз передёргивает, как его слышу.
— А что тут такого? Мы занимается этим, целуемся, лижемся, спим друг с другом… лично мне оно даже нравится, звучит прикольно: лесбиянка, лесбиянка, лесбиянка… — смеюсь я.
— Мне больше нравится «бисексуалка», и вообще мы просто экспериментируем, а лесбиянки реально любят друг друга. Мы играем во взрослые игрушечки: «кисули», клиторы, «лепесточки», — улыбается мне Вика.
— Ты играешь со мной, а я и вправду люблю тебя, — вдруг признаюсь я. Мне почему-то кажется, что это лучший момент, чтоб признаться, и другого уже не будет.
— Я тебя тоже люблю, Юлечка, — улыбается мне Вика.
— И я вас люблю, — обнимает нас Сашка.
— Да нет же, — говорю. — Я люблю тебя, прям сильно-пресильно! Жить без тебя не могу, ты нужна мне, как воздух! Когда тебя рядом нет, я задыхаюсь, мне каждую секунду недостаёт твоего тепла, твоих прикосновений, твоих ласк. Твоего голоса. Люблю и обожаю тебя все душой, всем сердцем! От кончиков пальцев до… до… я не знаю, до чего. Каждую клеточку в тебе зацеловать готова!
Сашка как-то странно на меня смотрит, но я смотрю только на Вику. Сейчас только одна она для меня существует на всём белом свете.
— Это влюблённость. Ты же сама рассказывала, как в лагере в девчонку влюбилась, а потом всё прошло, — смотрит на меня Вика.
— А мне ты не рассказывала, — влезает в разговор Сашка.
