– С позапрошлого года восьмой брат потерял интерес ко всему на свете, поэтому всем в резиденции заправляла восьмая невестка. Ко всему прочему она ухаживала за больным мужем. А сейчас… – четырнадцатый принц тихо вздохнул. – Если ты видела ее, то поймешь. Все обитатели резиденции, включая восьмого брата, полагаются на нее, и она старается преодолевать все трудности, опираясь на силу своего духа. Твоя сестра ежеминутно печалится о тебе и о нем, поэтому целыми днями стоит на коленях в молитвенном зале, читая сутры и моля о благословении. Служанки говорят, она плачет по несколько раз на дню.
Я была так далека от всего этого, тогда как люди, что беспокоились обо мне, хлебнули сполна… Не слишком ли я эгоистична? Думаю лишь о себе, не делаю того, чего не хочу, и огорчаю родных.
– Ни одна женщина доселе не вызывала у меня восхищения, но сейчас я невероятно восхищаюсь восьмой невесткой. Она самая мужественная среди женщин, – со вздохом произнес десятый принц. – В тот день, когда тринадцатого брата заключили под стражу, в его резиденции тут же воцарился хаос: люди пустились в разгул, участились кражи. Тринадцатой госпоже волей-неволей пришлось распустить всех слуг, которых только можно было. В резиденции же восьмого брата и за ее пределами трудится несколько сотен человек, и это не учитывая его загородных имений и полей, так что обстановка там гораздо тяжелее, чем в имении тринадцатого брата. Однако восьмая невестка держит всех слуг в страхе, поэтому у нее все в идеальном порядке.
Я надолго застыла, вглядываясь в лицо десятого принца, а затем произнесла:
– Мне нечего сказать восьмому господину. Уверена, он и сам не хотел бы ничего услышать от меня.
Десятый принц нахмурился и промолчал, а четырнадцатый лишь вздохнул, опустив голову.
Подойдя к столу, я взяла кисть и написала:
Закончив, я передала лист четырнадцатому принцу со словами:
– Отдай это моей сестре.
Четырнадцатый принц взял письмо, сунул его за пазуху и, поднявшись, сказал десятому:
– Пойдем, десятый брат!
Тот тоже встал, собираясь уходить.
– Вне зависимости от того, как будет развиваться болезнь восьмого господина, пожалуйста, при любых изменениях посылайте мне весточку, если это будет возможно, – попросила я, и принцы закивали в ответ.
Когда они оба подошли к двери, я крикнула вдогонку:
– Четырнадцатый господин!
Тот сразу остановился и обернулся, глядя на меня. Десятый перевел взгляд с лица брата на мое и обратно, после чего распахнул дверь и, выйдя наружу, тщательно затворил ее за собой.
Подойдя ближе, я произнесла:
– Не говори десятому принцу.
– Я осознал, что после всех событий последних трех-четырех лет, которые ему пришлось пережить, он уже не тот грубый и неотесанный десятый принц, каким был раньше. Несмотря на внешнюю резкость, он весьма тактичен и, даже если все поймет, не станет рассказывать десятой невестке. Разве у кого-нибудь хватит жестокости расстроить восьмую невестку?
Точно! Разве тогда, столкнувшись с подобной ситуацией, он бы повел себя столь чутко? Мы вдвоем молчали, мыслями вернувшись к событиям, что произошли много лет назад. Казалось, только вчера мы с десятым принцем обменивались сердитыми взглядами.
– Я пойду, – наконец произнес четырнадцатый принц. – Береги себя.
Я кивнула. Четырнадцатый принц вышел, и они с десятым вместе двинулись прочь.
Пять дней подряд я была сама не своя от беспокойства, пока наконец не пришло известие, что опасность миновала и жизни восьмого принца больше ничего не угрожает. Я, однако, вместо радости снова почувствовала лишь печаль. Сказать легче, чем сделать. Заверив сестру, что избегаю страха и печали, я не смогла обмануть себя. Хотя я и находилась далеко от них, но не могла перестать волноваться.
