У меня скручивает живот.С каждой секундой все сильнее тошнит. Она поднимает телефон, затем хмурится. Но потом смотрит на его тело.
- У него в кармане пульт. Я… видела его.
Все хуже и хуже.
Ненавижу игру, которую она ведет.
- Мы не может трогать что-то на месте преступления, пока не приедет ФБР, - сообщает другой парень, и она выгибает бровь.
- Я и есть ФБР.
- Пока ваши...
- Где, бл*ть, все? Почему никто не берет еб*ную трубку? - голос Логана заставляет меня повернуть голову в сторону двери.
- Лана! - орет он с явной паникой в голосе.
- Я здесь! - кричу я искренне ломающимся голосом.
Я не уверена, что собирается делать Хэдли, и слезы на моих глазах настоящие.
Возможно, он в последний раз смотрит на меня так, исключая ужас и отвращение, если она расскажет ему, кто я на самом деле.
Он находит меня своим безумным взглядом, и все его тело заметно расслабляется, когда мужчина бросается через комнату, даже не замечая окровавленного тела прежде, чем заключить меня в объятия.
Я смотрю на Хэдли, которая смотрит на нас с нечитаемым выражением лица. Она отводит взгляд, рассказывая полицейским что-то о нападении... еще одну ложь.
Логан прижимает меня к себе и напрягается, когда я прислоняюсь к нему, впитывая его. Он отстраняется, изучает мое лицо и сильно хмурится, осознавая нанесенный мне урон.
Со мной ничего не произошло в физическом плане, чего я бы и так не допустила. Ну, кроме первого удара. Племмонс всего раз удачно попал, чего я не ожидала.
- Что это за х*йня? - слышу, как он произносит это, смотря вниз, где лежит Бугимен.
Он притягивает меня к себе ближе, словно защищая от этого вида.
- Ей повезло, - говорит Хэдли, вновь привлекая мое внимание.
Он смотрит на нее.
- Что ты тут делаешь?
- Приехала осмотреться, когда узнала, что патруль отозвали, - произносит она, снова обманывая.
- Копы посвятят тебя в детали, потому что на меня накатывает адская головная боль, - она указывает на свой ушибленный висок и переводит взгляд на меня прежде, чем снова посмотреть на него. - Сегодня она спасла нам жизнь.
И она уходит, но я все равно переживаю о том, что она узнала.
Она хотела грязи, а я дала ей гораздо больше, чем Хэдли ожидала. Почему она уходит? Почему не проливает свет на все это?
Логан берет в руки мое лицо, и я вздрагиваю, когда он сжимает слишком сильно, из-за синяка, от которого у меня уже опухает лицо.
- Черт, - шипит он. - Давай уведем тебя отсюда.
Входит Крейг, разглядывая мертвого человека в гостиной.
- Что ж. Кажется, еще одно дело закрыто, - говорит он, распахивая глаза в неверии.
- Сообщите СМИ, что дело закрыто, - обращается к нему Логан, прежде чем схватить меня и прижать к себе, будто я хрупкая.
Я позволяю это ему. Когда он рядом, я не чувствую, что должна быть такой непобедимой. Когда он со мной, создается ощущение, что обо мне просто заботятся, не делая меня слабачкой.
Как будто быть уязвимым — это нормально потому, что он никогда не использовал бы это против меня.
Он ведет меня через толпы копов, которых становится все больше и больше:каждый хочет увидеть мертвого Бугимена собственными глазами.
- Лана!
Знакомый голос заставляет меня оглянуться и увидеть, как Дьюк бежит в нашем направлении. В его глазах столько сожаления.
- Я приехал, как только ты позвонил, - говорит он, потрясенно глядя на Логана. - Как ты добрался раньше меня?
- Он ехал так быстро, что мой анус все еще плотно сжат. Не думаю, что он хоть раз нажал на тормоз, пока мы не приехали, - сухо отвечает Крейг.
Я не знала, что он идет за нами.
- Убери своих парней из дома. Нам нужно расчистить место, - говорит Логан.
- Что произошло? - спрашивает Дьюк, осматривая нас. - Он в самом деле напал?
- Ага. И Лане повезло, - отвечает Хэдли, когда догоняет нас и подходит к Крейгу. - Отвези меня домой, а то вдруг у меня сотрясение.
Мой живот скручивает в узел, и Логан осторожно проводит губами по моему лбу, не задавая никаких вопросов о том, как я убила человека в собственном доме. Все, что его волнует, — это то, что Бугимен мертв, а я жива. Все детали кажутся неважными, будто я превыше всего остального.
Его взгляд опущен, в глазах плещется чувство вины.
- Это не твоя вина, - говорю я, зная, что синяки на моем лице омрачают его светлые глаза.
Мои раны не более чем поверхностные. Я пережила намного, намного хуже.
- Все это моя вина. Но больше никто не тронет тебя, Лана.
Он находит мои губы, и я целую его, решая разобраться с Хэдличуть позже.
Когда он прерывает поцелуй, то смотрит на мужчину и женщину, которые подъезжают, но не выходят из внедорожника.
- Отвезите нас в город. Сниму номер на ночь, - говорит он им.
- Мой кошелек...
- Я смогу оплатить гостиничный номер, - перебивает он, даже не посмотрев на меня.
На моих губах появляется улыбка, но я прячу ее, зная, что девушка, которая только что вытерпела то, что пережила я, не должна улыбаться из-за того, что он сейчас такой альфа. Я должна быть кроткой и робкой.
- Забирайтесь, - говорит нам женщина.
- Кто-то, наверное, должен поработать над местом преступления, - отвечает парень.