– Понимаю, – задумчиво кивнула я и отвернулась к окну.
Мы давно покинули Тарасов, и теперь мы мчались по пустой пригородной трассе, со всех сторон окруженной редкой полосой лесов. Я откинулась на спинку сиденья и умиротворенно закрыла глаза, – кажется, мое расследование на самом деле подходит к концу, мне остается только разыскать Демьянова. Компромат в виде пленки с записью нашего с ним разговора у меня имеется, в качестве свидетеля пойдет Алиса – это обеспечит нотариусу одиночную тюремную камеру лет на семь как минимум.
– Мы что, приехали?..
Я не смогла договорить. В руках Алисы мелькнул какой-то флакончик. Она ловко встряхнула его, и струя едкой, вонючей жидкости ударила мне в лицо. Глаза тут же защипало. Я отчаянно терла их кулаками, но от этого становилось только хуже. Я начала кашлять, в голове все закружилось. Что это? Что со мной? Что все это значит?
– Алиса, – слабым голосом позвала я, но мне никто не ответил.
Я попыталась подняться, но глаза жутко щипало, карусель в голове усилилась, и я куда-то провалилась.
Я проснулась от того, что жутко болела голова. С трудом разлепив веки, я открыла глаза. Сначала все плыло в радужных кругах, потом разноцветные блики исчезли, и я, к своему глубочайшему удивлению, обнаружила, что сижу на стуле на середине странной комнаты, а вернее, комнатушки. Здесь все было маленьким: маленькое окошко с цветными занавесочками, маленький сервант, маленькая табуретка в грязном углу. На табуретке ко мне спиной сидела девушка. Я не сразу поняла, чем она так увлеченно занята. Но когда пятна перед глазами окончательно исчезли и ко мне вернулось привычное мировосприятие, я сообразила, что она расположилась напротив зеркала и старательно прихорашивается. В руках девушки с виртуозной скоростью мелькали то карандаш для бровей, то губная помада, то расческа.
Вслед за способностью нормально видеть ко мне вернулось и немаловажное умение соображать, и вот тут меня ждал настоящий шок. Я поняла, что девушка перед зеркалом – это блондинка в красном платье. Я хотела немедленно вскочить со стула, прижать девицу к стене и заставить во всем признаться, но ничего из столь желаемого мне выполнить не довелось. Зато я чуть не шлепнулась со стула, к которому была крепко привязана.
– Ой! – вырвалось у меня, когда стул угрожающе накренился.
Блондинка обернулась и уставилась на меня.
– Смотри-ка, очнулась, – заржал рядом Ильдар.
Я уставилась на парочку широко раскрытыми глазами, в полном недоумении и растерянности. Блондинка по-прежнему сидела на стуле, а Ильдар стоял рядом, деловито облокотившись о подоконник. Какой кошмар! Как я тут оказалась? Ведь мы с Алисой ехали за Демьяновым! Так почему же я оказалась здесь? И где, собственно говоря, Алиса? Что эти типы с ней сделали?
– Чего молчишь? – снова усмехнулся Ильдар. – А помнится, ты жаждала пообщаться с таинственной дамочкой в красном и ее спутником со странным именем Винт. Или уже перехотела? Как же быстро меняются твои желания.
Произнося последнюю фразу, он наигранно покачал головой.
– Зато наши планы не меняются, – подхватила блондинка, растягивая сильно накрашенный рот в улыбке.
Ильдар-Винт запрокинул голову и заржал. Я поморщилась.
– Тебе не весело? – вдоволь насмеявшись, спросил он. – А почему? Ты не поняла шутки? О, у нее тонкий юмор.
– Я отлично поняла все ваши дурацкие шуточки еще в тот вечер в парке, – процедила я сквозь зубы.
– Вот-вот, – закивал Ильдар-Винт. – Я вижу, ты отлично понимаешь, зачем ты здесь находишься.
– Вам это так просто не сойдет с рук. Вас найдут.
– Нас, может быть, и найдут, а вот тебя уж точно больше никто не найдет. С тобой случится такая же маленькая трагедия, как и с Людочкой. Она была такой же любознательной, как и ты, и поплатилась за это.
– Вы просто пляшете под дудку Демьянова. Но у меня есть запись его разговора с клиенткой. Она находится в руках надежного человека, который отдаст ее ментам, если я через час не выйду с ним на связь! – Мое положение было, конечно, ужасным, но сдаваться так просто я не хотела. – А если пленка попадет к ментам, то, сами понимаете, что будет с вашим ненаглядным Демьяновым. Откроются все его грязные делишки, его посадят, а уж он-то непременно потянет и вас за собой.
Ильдар и его спутница разразились громким смехом. Я смотрела на них, и меня брала злоба.
– Дура! – с чувством произнесла блондинка и фыркнула.
– Ты даже не представляешь, какую услугу нам сделает твой дружок, если отнесет эту запись ментам, – поддержал ее Ильдар, а затем обернулся к своей подружке. – Может, расскажем ей все, а то строила из себя крутую, размахивала пистолетом. А сама дура дурой?
Блондинка еще раз хмыкнула и кивнула:
– Давай. Пусть знает, до чего доводит чрезмерное любопытство. Хотя наш урок ей уже вряд ли пригодится.
Я молчала.
– Ну что, интересно? – Ильдар приблизился ко мне и заглянул в глаза. – Рассказать, как все было на самом деле? Слушай.
