– Денег дать не могу, – с отвращением ответил Вань Ли и окончательно перестал напоминать китайца.
– Что, дела идут совсем плохо? – поддразнил его Леон.
– Дела идут хорошо, – с еще большим отвращением ответил лжекитаец. – Наш склад сгорел.
– Сгорел? – переспросил Валевский и задумчиво прищурился. Любопытно, уж не постаралась ли тут великолепная баронесса Корф? Хотя какой ей толк от сожженного склада?
Вань Ли наклонился, извлек из-под драконьих останков небольшую шкатулку, открыл ее и вытащил кольцо с сапфиром. Видя, что хозяин подозрительно смотрит на него, Валевский взял у него кольцо и примерил на свой палец.
– Хм, – разочарованно протянул лжекитаец. – Ну да, мужское… Так ты не брал украшения танцорки?
– Нет, – ответил Валевский. – Просто кое-кому очень хочется свалить это дело на меня. И я даже знаю кому, – загадочно прибавил он.
Затем кивнул Вань Ли, спрятал кольцо и двинулся к двери.
– Ты где обретаешься теперь? – спросил лжекитаец вслед.
Валевский обернулся и широко улыбнулся:
– Нигде. Я сматываюсь.
– На вокзале полно полиции, – заметил Вань Ли. – И в порту тоже. Всех проверяют, кто хоть немного похож на тебя.
– И пусть проверяют, – равнодушно отозвался Валевский, потирая мочку уха. – Есть много способов сбежать оттуда, где тебя не ценят.
– И много способов попасть туда, где тебя будут ценить еще меньше, – буркнул Вань Ли. Однако отважился он на последнюю фразу только тогда, когда за его гостем затворилась дверь.
Пока в китайской аптеке происходил сей небезынтересный и во многих отношениях поучительный диалог, люди, явно не ценившие пана Валевского, разрабатывали планы, как найти его и отобрать у него похищенные ценности.
– За вокзал я ручаюсь, – объявил полицмейстер баронессе Корф. – Порт тоже наводнен моими людьми, как в форме, так и в штатском. Главное, чтобы вор не имел возможности скрыться из города.
– Главное – схватить его до того, как он избавится от драгоценностей, – отозвалась высокая гостья. – На всякий случай, Елисей Иванович, распорядитесь проверить все ночлежки, допросите всех осведомителей, не видели ли они кого подозрительного, не знают ли чего… – Она посмотрела на лежащий перед ней листок бумаги и некоторое время молчала, постукивая по столу карандашом. – Кстати, веселые дома тоже надобно будет проверить.
Де Ланжере поперхнулся. По правде говоря, визит Хилькевича не прошел даром, и теперь полицмейстера терзали нешуточные угрызения совести из-за того, что он совершил. Кроме того, он слишком хорошо знал короля дна и не сомневался, что при первой же возможности тот не преминет отомстить.
И вот теперь, получается, все начинается по новой.
В сущности, уже проверка ночлежек затрагивала интересы Хилькевича и компании, потому что ночлежки принадлежали как раз Хилькевичу пополам с графом Лукашевским. Но при мысли, что придется трясти веселые дома Розалии, и особенно при воспоминании о персонах, которые ее дома посещали, полицмейстера прошиб холодный пот.
– Амалия Константиновна, – прошептал де Ланжере, – это невозможно!
Амалия Константиновна откинулась на спинку кресла и пристально посмотрела на собеседника.
– Вы должны понимать, милостивый государь, – со значением уронила она, – что слова «невозможно» для меня не существует.
И опять пауза, и опять постукивание карандашом.
«Мне конец», – с тоской помыслил де Ланжере.
– Кстати, мне говорили, что в порту произошел какой-то ужасный пожар, – заметила баронесса Корф, не спуская с него огненного взора.
– Да, да, – слабым голосом отвечал полицмейстер. Достал платок и утер им лоб. – Пожарные прибыли слишком поздно. Впрочем, кажется, зеваки помешали им проехать.
– Очень печально… – вздохнула баронесса. – Горел какой-то склад, насколько я поняла?
– О да, сударыня. К сожалению, такие случаи иногда бывают.
– А склад не был застрахован? – невинным тоном поинтересовалась Амалия.
Де Ланжере был вынужден ответить отрицательно. Они все проверили, но…
– Очень жаль, – вздохнула его собеседница. – Потому что, если бы склад был застрахован, можно было бы счесть, что его поджег владелец, и без дальнейших проволочек упрятать его в тюрьму.
«Хилькевича – в тюрьму?» – в смятении подумал де Ланжере.
«А почему бы и нет? – шепнул ему голос здравого смысла. – Что он, какой-то особенный? И не такие попадали в острог, в конце концов!»
«Хорошо столичной даме ничего не бояться. Они там в своих Петербургах и ведать не ведают, что за мерзавец этот Хилькевич, – ныл голос осторожности. – Потому-то баронесса и такая храбрая. А ведь, если что, солоно придется тебе, Елисей Иваныч, да-с!»
– Предлагаю обсудить план дальнейших действий, – перешла на деловой тон гостья. – О ночлежках и веселых домах мы уже говорили. Кроме того, неплохо бы навести справки в гостиницах, узнать, кто приезжал сюда за последние недели. Также следует проверить всех, кто занимается скупкой краденого, а для верности еще и ювелиров. Знаю, работа нам предстоит нелегкая, но, в конце концов, ничье усердие не останется незамеченным. – И Амалия Константиновна ослепительно улыбнулась.
