Капитан выразился в том духе, что этот особняк идет ей так, словно она в нем родилась. С точки зрения баронессы Корф, он явно перебарщивал с лестью, и она почувствовала разочарование. «Неужели англичане решили, что достаточно подослать ко мне столь примитивного типа, как капитан Уортингтон, и я растаю? Зря я все-таки пригласила его остаться на обед. Теперь он возомнит бог весть что…»
– Слышала, вы нас скоро покидаете? – как бы между прочим осведомилась Амалия.
– Я? – изумился капитан, вертя в пальцах серебряную ложечку.
– Мне говорили, вы будете сопровождать тело брата в Англию. – Никто не говорил баронессе Корф ничего подобного. Просто она по привычке пыталась собирать сведения, которые могли в какой-то момент оказаться полезными.
– Нет, нет. – Капитан поморщился. – Тело увез Джон, его слуга. По правде говоря, миледи, я тоже собирался ехать, но потом передумал.
– Парижский воздух? – спросила Амалия с легкой улыбкой, нет-нет да поглядывая на ложечку в пальцах своего собеседника.
– Э-э… можно сказать и так, миледи. И потом, буду с вами откровенен: я не любитель похорон. Опять же, мисс Хиггис будет легче, если меня там не будет.
– Мисс Хиггис?
– Ах да, вы, наверное, о ней не слышали. Мисс Хиггис – невеста Джеральда.
Значит, в личной жизни наемный убийца секретной службы мало чем отличался от простых смертных. У него даже невеста была.
– Весьма достойная молодая особа, – продолжал капитан, помешивая ложечкой в чашке. – Ужасный удар для нее, конечно…
– А почему вы сказали, что ей будет легче, если вы не приедете?
– Ах, вот вы о чем. – Тревор испустил конфузливый смешок. – Понимаете, она не слишком меня жалует. Нет, не так: она терпеть меня не может, а сейчас – в особенности.
– Почему?
– Как – почему? – изумился капитан. – Она двенадцать лет была его невестой и верила, что станет хозяйкой нашего фамильного имущества. А теперь Джеральд мертв, и все переходит ко мне.
– Двенадцать лет проверять чувства леди, – задумчиво уронила Амалия, – сдается мне, сэр, что ваш брат был весьма обстоятельный человек.
– О да, миледи, но строго между нами: лично я совсем не таков.
– Думаю, вы правильно делаете, что остаетесь здесь, – сказала баронесса Корф, пропустив мимо ушей более чем многозначительный намек собеседника. – Кто знает, что взбредет в голову разочарованной леди, которая обманулась в своих ожиданиях. Она, пожалуй, еще захочет, чтобы вы заняли место ее жениха.
Капитан Уортингтон поперхнулся.
– Миледи, клянусь, вы не правы… Мисс Хиггис никогда меня не одобряла. Она считала, что Джеральд уделяет моим делам слишком много времени. Ей казалось, что я дурно на него влияю, хотя на него в принципе нельзя было повлиять. Отчасти из-за нее мы в последние годы почти не виделись и только изредка обменивались письмами…
Ах ты, щучья холера, да там, оказывается, целая драма в этом респектабельном викторианском семействе.
– Почему-то мне кажется, – уронила в пространство баронесса Корф, – что мисс Хиггис порицала вас, когда у вас не было за душой ничего, кроме вашего офицерского жалованья. Зато теперь, когда вы заняли место брата, она быстро поймет, как была не права.
– Вы ведь даже не знаете ее, миледи, – сказал капитан после паузы.
– Зато я достаточно знаю людей, – усмехнулась Амалия. – Еще кофе?
Когда обед был закончен, баронесса Корф вернулась в гостиную, а капитан Уортингтон вышел в сад, чтобы покурить. Сев у окна, Амалия следила за действиями своего гостя. Она и сама не знала, чего именно ожидала от него. Агент, наблюдающий за домом, сделал несколько шагов вперед, чтобы разглядеть, кто только что появился в саду. Англичанин показал ему кулак, и шпик ретировался.
Эта маленькая сценка расположила Амалию в пользу ее шумного гостя, и оттого, когда он вернулся и завел разговор о скачках, она не стала перебивать его, а терпеливо выслушала до конца.
– Вы были очень добры ко мне, миледи, и я…
– Нет, – сказала Амалия.
– Что? – с удивлением спросил капитан.
– Я вовсе не была добра, капитан Уортингтон, и вы прекрасно это понимаете.
– Ничего я не понимаю, – проворчал Тревор, косясь на свою собеседницу. – Что, если я приглашу вас на скачки в Лоншан… или в Венсенн… или куда вам будет угодно?
– Боюсь, я вынуждена буду ответить отказом. – Амалия улыбнулась и взяла со столика газету, которую читала до прихода капитана.
– Я бы пригласил вас в театр, но я не доверяю их пьесам, – доверительно сообщил Уортингтон, наклоняясь к собеседнице. – Кто знает, что они могут напридумывать… может, там будет что-нибудь такое, на что леди и смотреть неприлично…
Не отвечая, Амалия взяла карандаш и отчеркнула одно из объявлений. От нее не укрылось, что капитан явно заинтересовался ее действиями.
– Что-то интересное, миледи? – спросил он с надеждой.
