Сильные руки легко подняли худое тело рыбака и понесли. Заскрипели двери, Бакида положили на мягкие шкуры. В помещении, и верно, была прохлада. Кто-то вышел и возвратился снова. С Бакида сорвали его ветхую рубаху и покрыли голое тело мокрой, прохладной тканью. Сразу стало легче дышать.
– Возимся с ним с утра, а для чего? – прозвучал тот же молодой и злой голос.
– Я уже сказала тебе, Агнесса.
– Сколько я знаю, эти прегрязные скоты мужчины всегда приносили нам зло.
– Ты еще очень мало знаешь, дочь моя, – тихо сказала, видимо, пожилая женщина. Голос ее был глухой и слабый. – Царица права: только он знает море и может привести нас к безопасному берегу.
– Не думаю так. Если бы он знал море…
– Хватит, Агнесса! На утлой лодчонке он сумел продержаться в этом аду и не погиб. Он послан свыше. Он спасет нас.
– Спасет? Он приведет нас в такое место, где мы снова окажемся в цепях. Дочери Фермоскиры всегда надеялись только на себя. Сначала мы поверили Тифису, и он заковал нас в цепи. Потом отдали себя во власть Гелиодора, и он чуть не погубил всех. Теперь снова… Куда этот заведет?..
– Гелона, выведи Агнессу. Она очень много говорит. Хотя ее и не спрашивают.
– Слушаю, Великая. Пойдем, богоданная.
«Дочери Фермоскиры». Бакид что-то слышал об этом раньше… Надо вспомнить. Фермоскира? Где этот город? Ах, да… Страна амазонок…. женщины, убивающие мужчин. Бакид не раз слышал рассказы о таинственном и богатом городе, но принимал все это за сказки. Греки такие выдумщики… Но если он в самом деле попал к амазонкам, то дела его плохи. Они заставят его привести корабли к берегу и тут же уничтожат. Да и куда их вести? А что если… Мысль, мелькнувшая в голове Бакида, показалась ему самой верной. Она не только спасет его, но и… Их нужно вести к берегам Меотиды. К его родным берегам!
– Смотрите, он открыл глаза! – воскликнула одна. Женщины сразу придвинулись к Бакиду. Рыбак поднялся, сел на лежанку, обвел взглядом амазонок. Ему подали ритон. Он выпил вино большими жадными глотками и спросил:
– Где я?
– Ты на корабле, – ответила та, которую называли царицей.
– Кто вы?
– Выслушай меня, старец. – Годейра присела на лежанку рядом с Бакидом. – Чтобы ты был откровенен с нами, мы будем тоже откровенны. Я расскажу тебе о нас все, не скрывая ничего. Мы – амазонки.
– Амазонки? Это вы убиваете мужчин?
– Если они того заслуживают. Но ты, старик, не бойся…
– Ты тот мужчина, который нам нужен. Мы жили на берегах Фермодонта, не зная горя и нужды. Но пришли к нашим берегам корабли эллинов, разгромили наш город, а нас заковали в цепи и повезли в Элладу, чтобы продать в рабство. В пути нас застал шторм, не тебе о нем рассказывать. Случилось так, что теперь на корабле ни одного эллина. Мы никогда не знали моря и кораблей, мы не умеем управляться с парусами и не знаем, куда идти. Вот вся правда о нас. А ты, мы видим, опытный мореход. Сможешь ли ты привести нас к берегам благословенного Фермодонта?
– А где эти берега?
– Фермодонт впадает в море между городами Амис и Трапезунд. Ты укажешь нам путь к этим местам? Ты найдешь их?
– Думаю, что укажу. Но надо ли?
– Я не понимаю тебя, старец.
– Ты сказала, что вас пленили эллины. Я знаю греков хорошо.
– Разве ты не эллин?
– Я скиф. И почти всю свою жизнь провел в плену у эллинов. Я ходил на их кораблях завоевывать новые города. И я не ошибусь, если скажу, что, покорив ваш город, они оставили там своих воинов.
– Да, это так.
– Вы перебили всех мужчин, завладели кораблями. Неужели вы думаете, что греки смирятся с этим? Как только они узнают о захвате флота, сразу пошлют к Фермодонту еще больше воинов, и вы окажетесь между двух огней. Разумно ли это?
– Мы видим, ты хочешь нам добра. Знаешь ли ты берега, где нет эллинов?
– На понте Эвксинском я таких берегов не знаю. Истрия, Ольвия, Херсонес, Фасис, Трапезунд, Диоскурия – Византии на юге, Пантикапей на севере. Все это эллинские города, и всюду вас ждет одно и то же: их беспощадные мечи.
– Что же нам делать? Куда плыть?
– Нужно искать берега, где нет эллинов.
– Ты знаешь такие берега?
– Да, знаю. Я бы вас повел на мою родину. Это далекий, но верный путь.
– Расскажи, где это?
– На севере. Там бескрайние степи.
– Нет! – перебила его Атосса. – На север мы не пойдем. Матери наших матерей, мы сами и дочери наши родились среди гор, в теплом месте. В суровых степях мы погибнем.
– Уж лучше умереть здесь, в морской пучине, – угрюмо глядя в пол, произнесла Гелона. – Здесь нас никто не унизит. А там…
– Веди нас домой, старец! – воскликнула Агнесса. – Лучше умереть на родине, чем на чужбине. Может, счастье улыбнется нам?
– Ты права, дочь моя. Наша заступница богиня Ипполита разгневалась за то, что мы ушли от ее святых алтарей, она оказала нам знамение своего гнева – наслала на нас бурю. Я верю, она поможет нам, если мы вернемся к подножию ее храма.
