Цербер, конечно, доказал свою устойчивость, и не выказал признаков сильного ранения. Встав на лапы и встряхнув тремя огромными головами, он освободился от дождя обломков и пыли.
Брэндель почувствовал укол сожаления. Как некстати: атакуй цербер с земли, а не с воздуха, из полета – урон был бы несравнимо больше.
Зато Кодан не упускал возможности: быстро метнувшись по арене – каждый шаг на дюжину метров, и это без навыка Ускорения – он размытым пятном приблизился к врагу. Стоило псу только оскалиться в его сторону – а он уже занес клинок над одной из голов.
У твари не было времени ни то чтобы уклониться – цербер даже испугаться не успел.
По амфитеатру разнесся звук грандиозного удара. Клинок Кодана полностью погрузился в среднюю голову твари, пройдя по идеальной дуге. Брызнула кровь, но владелец меча грациозно отступил, не позволив ни единой капле попасть на себя.
У цербера подогнулись лапы, и под тяжестью собственного веса он рухнул на землю. И все же бешеный зверь не сдался: две оставшиеся головы изрыгнули пламя прямо на Кодана.
Старик был настороже и готовился к чему-то подобному, так что успел отскочить в сторону сцены, но явно не ожидал, что огненные лучи добьют до того места, где он оказался. Опаляющее пламя, стелясь по земле, приближалось, но он успел перекатиться в сторону, продолжая маневр.
И все же, несмотря на всю быстроту реакции, его одежда, волосы и даже борода частично обгорели.
Кодан встал, яростно отряхнувшись, и издал разочарованный рев: пострадала борода, его гордость, тщательно выращиваемая годами. Не прекращая движения, он опустился на корточки, почти коленями в землю, и внезапно одним залпом, как пушечное ядро, стартанул вверх по направлению к противнику.
Наблюдателям могло показаться, что кулак Кодана настолько мал, что его едва видно, но сила удара поразила всех: звук, с которым он сокрушил подбородок одной из голов Цербера, попросту оглушал.
Треск ломающейся кости не перепутаешь ни с чем, и услышавшие это пленники в клетках синхронно дернулись.
Почти комичным движением зверь взмыл в воздух в сопровождении ударной волны от кулака Кодана. Неконтролируемый взлет сменил траекторию, отклонившись влево, но до того, так туша успела закончить падение на земле, неутомимый старик взмыл в воздух, приземляясь прямо на последней целой голове. Его меч целиком погрузился в оскаленную морду и тут же вышел, продолжая кровавый путь по остальному телу множеством неглубоких ран.
Стоило мечу дойти до конца туши – та попросту разделилась надвое, выпуская наружу водопад крови и ошметков, пока половинки неспешно шлепнулись на землю.
На мгновение Колизей погрузился в тишину.
— Невероятно. – глубоко вздохнув, пробормотала наконец Джана, оглядывая происходящее расширившимися до невероятности зелеными глазищами.
Поражена была не только она. Молодежь в клетках замерла с открытыми ртами, неспособная издать ни звука. Сила бойца Золотого ранга в действии – молниеносная, смертоносная и пугающая.
— Да если бы не ранение. его бы ни одна атака этой твари не задела! – Скарлетт сжала стальные прутья решетки в тихом изумлении.
Джана кивнула, полагаясь на наблюдательность соседки: достойно Золотого ранга, что бы там с ней не случилось. На своем уровне она мало что разглядела из произошедшего, и еще меньше поняла.
В то же самое время в другой клетке вовсю шел обмен перешептываниями. Сначала Джока обратился к Коэну:
— Как думаешь, они нас спасут?
— Трудно сказать, – покачал головой тот.
— А я сомневаюсь, – лицо Майера выражало столько смешанных эмоций одновременно, что определить, что там происходит на самом деле, было трудно. Он продолжил:
— И зачем бы ему нас спасать, да кто мы ему – никто! Да и вообще, тут не игрушки, ставки серьезные, и наши жизни на кону мало стоят.
— И что же с нами будет? – осторожно спросил Джока.
— Не знаю, – покачал головой Коэн.
— Так мы что, заперты здесь навеки? – запричитали ребята.
— Неужели ты не можешь ничего придумать? – проявил нетерпение Джока, явно не собираясь задерживаться в этом непонятном месте дольше необходимого.
— Попытаюсь, – бросил Коэн, не сводя взгляда со сцены.
— И у кого ты собрался просить помощи?
— Явно у командира охраны! На постоялом дворе я слышал, что в Трентайме ему равных нет, он непобедим! – предложил один из ребят.
Ответа не было, и все нетерпеливые взгляды снова сосредоточились на Коэне, но тот прекратил общение.
Победа Кодана ни в коей мере не удивила Брэнделя: на самом деле, неприятно поразило то, насколько тот ранен.
И к чему все эти усилия?! Старик что, не понимает, как по-быстрому можно было разобраться с этим трехголовым мешком с костями?
— Насколько же ты его ранила? – осведомился он у Медиссы.
— Сейсмический Взрыв, – последовал тихий ответ.
Утерев выступивший на лбу холодный пот, Брэндель мог только в очередной раз поразиться тому, из чего вообще сделан старик Кодан, чтобы выжить после такого.
Но Медисса быстро добавила:
