Седьмой месяц. Воздух Бругласа был изнуряюще зноен, люди даже двигались неохотно.
Но в тихом омуте…. Поведение любого представителя знати в первой половине этого месяца можно было предсказать. Становилось все более и более очевидно, что война заканчивается, и желавшие нажиться на ее последствиях старались из последних сил.
Горожане часто видели всадников-гонцов, прибывавших один за другим, и не понимавшие ситуации считали, что война разгорается еще сильнее, а на самом деле, через этих гонцов шли мирные переговоры с крепостью Зимней Розы.
Простой народ чувствовал себя неуверенно, как и дворяне.
К Брэнделю же это не имело никакого отношения: три дня они следовал по собственному графику. Среди прочего он получил пропуск Рыцаря-первопроходца с печатью, дававшие право поиска новых земель. Этот документ подтверждал верность и обязательства рыцаря по отношению к королю.
Раньше этот тонкий кусок пергамента был ценнее золота, но с закатом Ауина рыцари стали обретать собственную силу, а искатели приключений и вовсе начали творить беззаконие, так что никто не проявлял особого интереса к расширению границ королевства, а титул Рыцаря-первопроходца постепенно перестал что-либо значить. Некоторое время спустя после смерти первого короля Ауина знать начала выставлять этот титул на торги, превратив его в ничего не значащий кусок пергамента.
Брэндель повел себя как в игре: приказал Батуму купить жене какого-то случайного чинуши красивое платье, взамен получив титул Рыцаря-первопроходца, и придержал его на несколько дней.
Наконец Роэн принес хорошие новости: стала известна дата долгожданного подпольного аукциона в Бругласе: десятого числа. Должны были выставить много нелегального товара, планировалась и торговля людьми. Участники собирались самые разные, от наемников и авантюристов до незаконных торговцев и даже городских законодателей.
Несомненно, будут и дворяне.
Контролировавшие рынок люди наверняка принадлежали к местным подпольным группировкам, но многим было известно, что в их сборищах участвуют и дворяне, так что все мудро полагали, что такое порядок вещей надо поддерживать как гарант общественной стабильности.
Аукцион обычно проходил на рынке Марии, на улице Худ или в восточном районе Пастушьего рынка. В этих районах было полно народа, что хорощо для прикрытия. В определенные дни самые внимательные обнаружили бы наплыв незнакомых лиц, общавшихся только друг с другом, на другой день уже исчезавших.
На рынках имелись и мини-аукционы, служившие прикрытием, тогда как по-настоящему стоившие внимания точки возводили только временно, а сразу же после – разбирали.
Казалось, появление таких конструкций финансировалось рядовыми купцами, но по-настоящему изучив вопрос, можно было понять, что средства поступают из местного дворянского парламента.
Когда Батум помог Брэнделю сойти с повозки, солнце в Бругласе уже садилось, и свет его последних лучей создавал иллюзию пожара, охватившего все вокруг. В этом свете Сиэль в одеянии рыцаря гордо выпятил грудь, дополняя впечатление от Брэнделя-горного рыцаря из Карсука.
За Брэнделем шли Амандина и Ромайнэ, выступавшие в ролях младшей сестры и невесты.
Амандина тайком отдернула руку Брэнделя, когда тот помог ей выйти из кареты. Она была одета в черную вуаль и черное вечернее платье в цвет, а взгляд, которым она окинула мини-аукцион, остался равнодушным.
Она разительно отличалась от той девушки, что Брэндель встретил ранее, совершенно слабой и мягкой, в обветшалом особняке: сейчас перед ним была сама холодность и неумолимость, отталкивавшая всех, кто пытался к ней приблизиться. Окажись разведчики Тирста поблизости – даже они не смогли бы узнать ее.
Исчезновения Амандины из дома, никто не заметил в течение нескольких дней. Обычно пропажами людей занимается городская стража, но ее случай расследовала кавалерия, устроив масштабный розыск. В восточном районе Бругласа ее разыскивали три средних размера взвода, почти оповестили городской парламент.
Однако лорд Тирст не хотел, чтобы все проследили его связь с делом, так что связал исчезновение с предыдущим случаем, когда полгода назад был найден обезглавленный труп.
Благодаря этому сейчас Амандина смогла спокойно выйти на улицу.
Рядом с ней шла Ромайнэ, немного выше ростом. Торговка, нахмурившись, рассматривала ближайший ряд хрустальных шаров, словно исследователь, пытавшийся проанализировать, что они из себя представляют.
[Ну таращись ты сколько влезет, но не надо же так явно это показывать….]
Брэндель был немного раздражен, уверенный, что Ромайнэ попытается привлечь внимание Амандины.
В последние дни девушки очень хорошо поладили, а Ромайнэ особенно радовалась знаниям Амандины о внешнем мире, почерпнутым из книг. Такие знания были уж точно лучше, чем ее отсутствие опыта, заменяемое воображением.
- А это что, Ама? – наконец, не выдержав, спросила Ромайнэ.
Амандина тоже засмотрелась на хрустальные шары. Владелец был в черных одеждах, которые явно принадлежали священнику.
