прошел хорошо, но следующий труднее – выстоять в противоборстве силы и манипулировать им
У Тирста способностей Брэнделя к манипуляции не было. Едва улыбнувшись, он в душе согласился: похоже, Брэндель хотел раскрыться, и чувствовалось, что желание это искреннее. Объединенная гильдия не возражала против раздачи щедрых обещаний в обмен на абсолютную верность.
- Ты не ошибаешься. Скажи мне, что ты замышляешь? – вежливо спросил молодой дворянин и опустил меч.
Брэндель тихо вдохнул, проклиная его. Тирст был реальной проблемой.
- Нормальный человек в твоем положении задался бы вопросом, что задумали наемники, особенно при том, что их лидер прячется за чьей-то спиной. С десятками тысяч скопившихся в Бругласе повстанцев и медленной реакцией знати такая сила может стать пороховой бочкой, которая того гляди взлетит на воздух, – Брэндель оперся на поручень кресла, не меняя выражения.
- Очень хорошо, – согласился Тирст, – и каковы же твои цели?
Цели? Цели у меня какие, спрашиваешь? Нащупать опору и рычаги, основать политическую партию и стать президентом, ага?
Брэндель мысленно закатил глаза, но не найдя достойного ответа на такой вопрос, вынужден был его вернуть:
- А каковы твои?
- Буду исполнять приказы Объединенной гильдии, – улыбнувшись, вежливо произнес Тирст.
Очень мало кто был в курсе истинных целей Объединенной гильдии, но многие о ней были наслышаны, и слухи доходили даже до дальних рубежей. В самых различных местах она становилась причиной трагедий, заставляющих даже просто говорящих о таких событиях людей меняться в лицах. Все считали их порождением самого дьявола.
Брэндель был с ними хорошо знаком, но повел себя словно впервые начал что-то понимать, дважды хохотнув:
- Похоже, идеи наши различаются, но зато планы на этот счет сходятся, – солгал сквозь зубы Брэндель.
Тирст повернул голову, взглянув на наемников – те выглядели безразличными. Глазам своим он верил, и заметил бы малейшее изменение в выражениях лиц, так что можно было делать вывод, что последователи Брэнделя не возражали против его слов, или по крайней мере – что тот не лжет.
Некоторое время поразмыслив, Тирст решил, что не до конца понял Брэнделя:
- Объясни.
Брэндель припомнил некогда сказанное его лидером в игре: - Лучший способ обмануть – сказать то, что хотят услышать. Не самая сложная мысль, но красивые женщины были весьма умелыми лгуньям, а раз его лидер была в игре одной из первых красавиц, скорее всего, она права.
В голове у Брэнделя эти мысли пронеслись беспорядочно, но со словами он сразу же определился.
- Проще говоря: ты противник государства. Я противник государства. Но ты – идеалист, а я амбициозен. Все именно так просто, – его ответ был полуправдой.
Слово - идеалист - завоевало расположение Тирста.
- Похоже, наши пути действительно не совпадают, но я понимаю, что
ты хочешь сказать. Ты не желаешь присоединяться, но хочешь заключить союз, – постукивая большим пальцем по рукояти меча, промолвил он, – а смерти не боишься?
- Даже если ты меня убьешь, Ауинское государство умирает, и многие падальщики ждут его конца, так что на общей ситуации это не отразится. Зато если останусь жив – выгода будет взаимной, может, даже помогу тебе. Конечно, не совсем безвозмездно.
- Но знай, задача Объединенной гильдии – не в создании нового королевства на руинах старого, – улыбчивость Тирста, казалось, не имела границ.
- Позволь представиться. Когда разваливается старый строй, на его обломках должен вырасти новый. И тут в игру вступаю я.
Брэндель был исключительно талантливым лжецом: не изменился ни в лице, ни в интонациях.
- Определенно смело, – невольно зааплодировал дворянин, – в Ауине
набирают силу разные фракции, местная знать усиленно строит заговоры с целью обрести независимость. Уверен, они не ожидают столь яростного натиска от молодежи. Скажи-ка, что в тебе есть такое, что позволит вырвать власть у семейства Корвадо, правившего этими землями веками?
Брэндель уверенно рассмеялся, с трудом скрыв вину. Но Тирст уже начал вестись на его слова, и с таким предубеждением уже и не подозревал, что ему настолько вешают лапшу на уши.
- Азартные игроки не могут быть уверены в победе. Пока удается отыграться – все, что имеет значение – храбрость и умение предвидеть ходы. Для отчаявшихся испытания рисками, сам понимаешь, не страшны.
- Если так, получается, бессмысленно то, чем занимаемся мы? – Тирст перенес вес на одну ногу и всплеснул руками.
Фарватером Объединенной гильдии был возврат к Хаосу, а Брэндель говорил ему, что государственные строи постоянно нарушались и восстанавливались, но Законы всегда действовали, следуя естественному циклу.
- Если преимуществ для нас не предвидится, как мне, по-твоему, поступить? – спросил Тирст.
- Когда в королевстве начинается междоусобица, цивилизация приходит в упадок, не в этом ли ваша цель? – Брэндель пошел напролом.
Выражение лица Тирста слегка изменилось, отражая его мысли:
- Похоже, ты и в самом деле нас понимаешь.
