Платья, в которые Ромайнэ и Амандина были одеты, пострадали в хаосе аукциона, так что пришлось сходить переодеться. После побега из Бучче Брэндель купил Ромайнэ несколько платьев, и она хранила их словно сокровище, но сейчас почему-то предпочла одно из строгих черных платьев Амандины, исключительно ей шедшее. Струящееся по спине, с белой кружевной нижней юбкой, оно придало девушке уверенность и изменило осанку, подчеркнуло пышную грудь и тонкую талию с красивым изгибом. Амандина даже позавидовала, но все же собрала темно-русые волосы в модную прическу с лентами с цветочным орнаментом.
Такой и увидел Ромайнэ Брэндель, а она гордо покрутилась, красуясь, и хитро подмигнула. И даже сейчас от ее вида Брэндель терял спокойствие.
[Выглядит как преуспевающий предприниматель из Ампер Сеале, будто ворочает огромными суммами... И уж точно никто кроме нее не засучил бы рукава и не стал бы бросать камушки в реку, считая, какой дольше всех пропрыгает]
Брэндель не понимал, зачем так выряжаться на эту вылазку, но догадывался, что получит бездумный и универсальный ответ в духе «Потому что я купец!»
Услышав ответ Ромайнэ, Батум с сомнением посмотрел на Брэнделя. Тот кивнул:
Не пройдет и полумесяца, как это сборище беженцев и повстанцев на юге Бругласа и так создаст проблемы. Пока что праздник их угомонил, но суть от этого не изменится, а живущая в роскоши знать не желает этого понимать.
Правда? – в этот раз любопытствовала уже Амандина.
Брэндель кивнул. Августовский мятеж не оставил большого следа в истории, но Тирсту хватит, а им не придется и пальцем пошевелить.
О том, чтобы останавливать бунт, Брэндель даже и не помышлял, особенно при том, что у него не было для этого сил. Поиск годного места для размещения беженцев – трудная задача, и никто из знати не желал взваливать на себя такое бремя, да и никому из них это было не под силу.
[Как найти еду для десятков тысяч этих людей? Это по триста тонн продуктов в месяц!]
Батум открыл и закрыл рот, не ожидая, что Брэндель легко решит справится с такой серьезной проблемой. Оглянувшись на Амандину, он обнаружил, что та далеко не так сильно беспокоится. Девушка отличалась от Батума, способного подумать только о простейшей выгоде и очевидных потерях, но даже она порой обнаруживала, что Брэнделю известно больше, чем любому из них.
А молодой человек тем временем насторожился, завидев выходящего из темного леса Роэна. Калеке он поручил кое-что проверить в городе, и похоже, тот вернулся с готовыми ответами, причем не один, а с двумя ворами-коротышками.
И вот теперь все они прошли мимо последних кустов и направлялись к нему.
Удалось найти причину. Оказалось, все дело в оплошности двух кретинов, прохлопавших проникновение немертвых в город под видом торговцев, – сказал Роэн.
И кто же считается виновником? – спросил Брэндель.
Один из командующих кавалерии, зовут Калансадр, – Роэн хотел продолжить, но остановился, видя как Брэндель трясет головой.
[Это же будущий командующий Сереброкрылой кавалерии…]
Он же поклялся в верности Короне, – пробормотал про себя Брэндель.
[Оплошность… Ясно. Все не так просто, как выглядит. Если добавить в уравнение Огненное Семя, похоже, что событие связано с политическими волнениями в королевских кругах, между Короной и другими фракциями. Получается, из-за этого мятежа в Бругласе некоторые события прошли незамеченными для истории, иначе я бы об этом знал]
Брэндель тщательно все обдумал и внезапно покрылся холодным потом.
[И что это значит? Королевское семейство хотело заманить знать продажей Огненного Семени и впустить немертвых в город, на аукцион, чтобы их всех там перебили? Что за черт? Играются с огнем? Не могу поверить, что Оберг Седьмой мог допустить такое развитие событий. К счастью, Инкирста не в Гринуаре, иначе весь южный регион бы пал под его атакой. Черт побери, да этот ублюдок расшатывает весь южный Ауин!]
Том 2 Глава 59
Янтарный меч – том 2 глава 59
Глава 59 – Последняя ночь в Бругласе (1)
Закат Ауина начался с гражданских войн. Оберг Седьмой постепенно начал понимать, что слабеет с возрастом, и отчаянно пытался перекрыть новому королю дорогу к трону. В конце концов он растерял терпение и выступил против двух южных герцогств, представлявших главную угрозу.
Оберг Седьмой взошел на трон поздно, в возрасте тридцати девяти лет. В молодости король, обреченный на роковую участь увидеть развал своего королевства, был амбициозен и предан делу своего деда, короля Ансену. Тот в свое время сформировал зачатки милиции и городских страж, сделавших центральный Ауин сильнейшим регионом в ту эпоху.
