Олга не споря начала собирать чемоданы. Она и сама не знала до конца, захочет ли она сюда возвращаться. Мысли внутри ее черепной коробки танцевали вальс – бостон. Быть спокойным островком в бурлящем потоке. Она оставляет железного человека – скалу с его железными непоколебимыми мыслями. Хоть немного встряхнула его непоколебимое пространство. А что теперь? Для нее теперь это даже интересно, жизнь непредсказуемо ведет ее вперед лабиринтами, жизнь – игра, жизнь – квест, жизнь – испытание. От дикой истерики она перешла к чувству глубокого удовлетворения. Жизнь с Кириллом ей тоже не нравилась, мнимая “демократия”, которая не дает тебе никаких прав. Она должна двигаться дальше. Куда? Она и сама не знала. Она в потоке. Только единственное огорчает: ожидания ее сына опять не осуществляться. Выиграла ли она или проиграла? Она потеряла работу, но не подчинилась. Задышалось свободней. Облегчение и боль в одно время. Опять нужно искать выход, но отчего – то на душе так легко.
У нее словно с плеч упал тяжкий груз. Кирилл слишком давил на нее, не только, как начальник, но и как мужчина. И если быть честной с собой, где – то в глубине души он ей нравился, но любила она Никиту и хотела быть только с ним. Она едет в свой родной город, она едет к Никите. Они помирятся, у них все будет хорошо. 13. Дома
Наконец – то она была дома, смотрела влюбленными глазами на Никиту, расслабилась и наконец – то просто наслаждалась жизнью. Это состояние безмятежности длилось около месяца, лишь иногда когда – никогда девушку тревожили обрывки воспоминаний и размышлений из прошлого. Все, что было, казалось теперь ей каким – то кошмарным сном.
Она вновь с любимым человеком, она счастлива, но порой она и сама не понимала отчего у нее становилось так грустно на душе. Никита ничего не замечал. Да что ей еще нужно?! – спрашивала она себя. Ответ сам возникал в ее сознании сквозь щиплящие в глазах слезы: она не сделала то, ради чего ехала, к чему приложила столько усилий и она просто не может с этим смириться. Есть что – то в ней, что толкает предпринять девушку еще одну попытку за другой.
“Я не смирюсь. Я не могу себе этого позволить. Я должна. Я должна смочь” - вновь крутились у нее в голове настойчивые мысли вместе с возможными планами новых действий.
Она часто размышляла: нужны ли эти попытки еще кому – нибудь кроме нее. Как ее любимый мужчина может так спокойно жить, зная, что они не осуществили все, что задумали. Ее внутреннее Я не желало смириться с происходящим, оно вновь желает отправиться в путь ради достижения цели. Она должна, даже если будет безумно скучать. Об этих ее мыслях еще никто не знает, свидетели тому лишь навернувшиеся на глаза бусинки – слезы. Она уже и сама не знает, как это называется: упрямство, сила, амбициозность или никому ненужная гордость и нужно ли все это ей? Не теряет ли она его уезжая вновь на такой продолжительный срок? И ее ли это мужчина, который не предпринимает никаких попыток, чтобы облегчить ей жизнь? Не помогающий ей в том, чего так сильно она хочет? Она не знает.
А бывало, что порой ее посещали странные сны, в которых ее душа бродила невостребованная и неприкаянная по свету и спасти ее было невозможно. Это было очень больно и обидно.
-Что со мной? Что мне нужно? Ну почему я не такой же обычный человек, как все остальные. Я могла бы жить спокойной обычной жизнью, смотреть по вечерам телевизор с семьей, печь пироги, воспитывать детей и быть счастливой. Разве не это называется счастьем – просто радоваться тому, что у тебя есть? – Конечно, да. Но она не может так. Есть у нее внутри и еще одна давняя тайная зазноба – желание писать книги и издавать их. Она давила в себе, прятала далеко в изнанку души, откладывала все время на потом свое заветное желание и мечту. С каждым днем, месяцем, годом ее положение становилось все более незавидным. Сначала ей писалось легко и хорошо, каждый день из под ее “пера” выходил готовый материал, а она где – то в глубине души мнила себя будущей мировой писательницей. Но время шло, стопка исписанных тетрадей множилась, нo, к сожалению, не известность.
“Это не похоже не на одно изданное до этого произведение – это неформат”.
“Ваше произведение может быть издано только на платной основе”, - слышала она в ответ.
Но почему нет? – билась у нее в голове мысль. – Она же не хуже остальных.
“Мы можем издать Вашу книгу только на платной основе” – множилась в ушах последняя версия о ее возможном издании. Нужны деньги…
Но не такие, какие она зарабатывает на своей работенке. Больше. Значительно больше. Это тоже была одной из причин ее прошлых мытарств по свету в поисках лучшей доли. Деньги появились, но уже не было времени писать. Тяжелая штука жизнь…
